Книга Ценный груз, страница 35 – Крис Велрайт

— Но расследования – это шаг назад, – вслух рассудил Дэмин. – Я несколько лет стремился к возможности наконец представлять закон в суде. Знаю, сейчас ты попробуешь меня убедить, что со шпиля башни земли не видно, но только находясь на самой вершине системы, я смогу ее изменить. Простой служащий мало что способен сделать.

— Ты серьезно считаешь, что достиг уровня понимания проблем, когда в состоянии выносить справедливые решения? – Мингли сложил руки на груди и серьезно посмотрел на Дэмина, – Или, может, думаешь, что это не титул отца ускорил твое восхождение по карьерной лестнице, а ты сам дошел до просветления и потому получил возможность вершить чужие судьбы? На мой взгляд, нельзя взрастить плодов, не испачкав руки в земле. Тебе не помешало бы лучше понять человеческую природу и то, как и почему совершаются преступления, прежде чем выносить решения, которые способны сломать чью-то жизнь. А самый подходящий способ – самостоятельно участвовать в ходе расследования, а не сидеть на пуховой подушке в зале суда.

— Ты считаешь, что я не совсем хорошо понимаю мотивы людей, решившихся на скверные поступки?

— Не совсем хорошо? – рассмеялся демон. – Ты себе льстишь. Ты вообще не смыслишь ничего в людских сердцах! Твоя голова забита высокими идеалами философов, которые писали о доблестях и добродетелях, сидя в теплых домах за чашкой горячего вина. Или ты теперь у нас судья и не желаешь опускаться до гончей, что носится по грязным улицам города за правонарушителями? К тому же, не ровен час, тебе на пятки наступит сын градоначальника.

— Последнее твое заявление совсем уж переходит границы и теряет логику. Гувэй мне не соперник, он сын градоначальника, и его судьба понятна любому, кто хоть немного разбирается в том, как устроено общество Синторы.

Дэмина задело замечание Мингли о его некомпетентности в понимании мотивов преступников. В конце концов, ведь это именно он многие годы обучался судейскому ремеслу, рассматривал и классифицировал дела, читал трактаты знаменитых судей и дознавателей. С какой стати этот демон имеет право над ним насмехаться? Тем не менее Дэмин умел признавать свои ошибки и недостатки. С тех пор, как появился Мингли, он открыл для себя много нового о мире чувств и страстей людских душ. Но вот то, что касалось Гувэя, звучало поистине нелепо.

— И все же, – не унимался Мингли. – Гувэю было бы выгодно занять твое место. Посуди сам: он сын градоначальника, человека, который вправе приводить судебные дела на более высоком уровне. Выше него только правитель. А сын его не при делах, потому что твой отец подсуетился и назначил на мелкие разбирательства тебя. О тебе гремит слава, а о Гувее что? Как ему потом становиться градоначальником, если на его практике ни одного раскрытого дела?

— Градоначальник занимается не только судебными делами. На нем и тюрьма, и городская стража, и сбор налогов. Гувэю есть чем себя занять. Почему ты вообще о нем такого мнения? Если бы ты знал этого человека, то понял, что он безобиден, как муха. Я много лет учусь с ним в одной академии. Это очень добрый, открытый и приятный господин.

Мингли нахмурил брови, но промолчал.

— Вернемся к нашей сделке. Другом быть не могу. – Тон голоса Дэмина отрицал любые возражения по этому вопросу. – Мы, люди, не заключаем сделки на дружбу, у нас это не так работает. Вести вместе дела в качестве напарников – согласен. – Он расценил свое решение как вынужденную меру. Тем более, в глубине души, надеялся, что демону очень скоро надоест такая работа. – Кристалл охлаждения велю поставить, жалование повышать не буду. И так по меркам Синторы ты получаешь излишне много. Мечником можешь оставаться.