Книга Ценный груз, страница 11 – Крис Велрайт

— Вам поступала записка с угрозой и требованием о выкупе?

— Нет. Да и от кого? – горестно усмехнулась женщина. – Они же писать не умеют.

— Почему тогда вы решили, что это кража дочери с последующим требованием о выкупе, и отчего не обратились в суд?

— От того, что никуда более такое скромное и робкое дитя, как моя дочь, ночью деться не могла. – Женщина посмотрела на судью как на человека, который не видит очевидных вещей. – А в суд мне запретил идти ее жених.

— Вы говорили, муж вам запретил?

— Да нет же, – раздраженно ответила госпожа. – Запретил мне ее жених, а я пошла к мужу, и тот сказал: «Не суйся, не женское дело, все правильно жених говорит, только позор на дом наведешь». Понимаете? Им репутация почти разорившейся семьи дороже моей дочери!

— Найдите этого жениха. – Дэмин обратился к стоящим у стены стражникам.

— Чего его искать? – отмахнулась женщина. – Он как прознал, что я в суд иду, так за мной побежал, поди, воет волком за дверьми.

Нельзя сказать, что в Синторе главенствующей формой общества был патриархат. Женщины наравне с мужчинами могли обучаться воинскому ремеслу, чароплетству или любой иной науке и мастерству. Они могли возглавлять семьи, открывать и вести торговую деятельность и даже служить при дворе правителя, но лишь в определенных областях. Эти возможности зародились на фоне крупных военных действий, которые случались в истории провинции. Женщины восполнили нехватку мужских рук и заняли освободившиеся места.

Но чем сытнее и спокойнее становилось время, тем меньше появлялось желания конкурировать с мужчинами. Проще вернуться к домашнему хозяйству, воспитанию детей и профессиям, не требующим превозмогать физические возможности и рисковать жизнью. Поэтому сейчас многие представительницы прекрасного пола довольствовались статусом жены, перекладывая главенство на мужские плечи. В конце концов, научиться наукам и мастерству мог любой человек, вне зависимости от пола, а рожать по-прежнему способны только женщины. И этот труд был не менее рискованным и сложным, чем должность чиновника при дворе или воинская повинность.

Вошедший в зал молодой человек был разъярен. Это читалось в резких, быстрых движениях и сдвинутых на переносице бровях. Он окинул взглядом судью и мечника, совершил короткое приветствие и вперил недобрый взгляд на госпожу, потерявшую дочь.

— Вы тот самый жених, что должен был вступить в брак с дочерью этой госпожи? – поинтересовался Дэмин.

— Да, я.

— Правда ли, что вы запретили будущей теще обращаться с заявлением о пропаже человека?

— Все верно.

Молодой человек заправил растрепанные темные локоны за уши. Он явно торопился оказаться здесь, и сейчас весь его вид говорил о чрезвычайной спешке. Вероятно, он дремал до полудня, пока слуга не сообщил, что госпожа отправилась в суд. По всей видимости, этот юноша собирался на ходу.

Дэмин не любил неопрятность, и мятая одежда с криво повязанным поясом и жутчайшим бардаком на голове этого господина вызвали в его душе отвращение. Даже если бы сам Бог земли пожелал в срочном порядке призвать Дэмина, тот предпочел бы опоздать, чем явиться в таком неподобающем виде.

— Почему вы так поступили?

— Потому что это может бросить тень на наши семьи.

Ответчик был не особо разговорчив, предпочитая объяснять произошедшее скупо и в самых коротких фразах. Про таких говорили: «Проще построить мост до луны, чем вытянуть из него хоть слово».