Книга Нефритовая лиса, страница 85 – Крис Велрайт

И всё же…

А может, она ошибалась?

Может, в глубине души, несмотря на ошибки и слабости, они всё же любили её?

Тай Дзяо — своим жестоким, изломанным способом — отказалась от сделки, которая могла бы спасти семью ценой дочери.Отец — возможно, и правда пытался укрыть её от позора, пусть и ценой изгнания.

Тепло, которое она испытывала к родителям, — даже слабое, запоздалое — било больнее, чем все унижения Чжэня.

Потому что Чжэнь и его мать — они никогда не думали о ней как о человеке. Для них она всегда была только пешкой. Удобной фигуркой в их игре за власть, за место в доме, за право уцелеть любой ценой.

— Ты говоришь, что отец выбрал, что ему выгодно, — сказала она тихо, но с такой уверенностью, что её слова ударили сильнее крика. — Тем не менее, он подумал обо мне. Что лучше уж быть на горе отшельницей, чем оказаться однйо при дворе, бок о бокок ч министром, который бы никогда не простил смерть совей дочери. А ты что выбрал, Чжэнь? О ком ты думал?

Чжэнь прищурился. Его улыбка стала холодной, лишённой всякого веселья.

— Я выбрал то, что выбрал бы любой разумный человек. Себя, — с усмешкой бросил Чжэнь.

— Вот именно, — парировала Ицин, её голос был холоден, как сталь. — В тебе нет ни одной добродетели, будто ты бездомный проходимец.

Чжэнь ухмыльнулся, его глаза сверкнули опасным светом.

— По крайней мере, я не дочь, что лазает по ночам по амбарам с мужчинами, — ядовито отозвался он. — И да, кажется, ты совсем недавно пыталась меня шантажировать?

Он наклонился ближе, и его голос стал ниже, почти шипящим.

— Решила, что стала умной и хитрой, и проучишь меня? И всё-таки, сестрёнка, ты очень тупая.

Он стукнул её пальцем по лбу, как будто хотел подчеркнуть её мнимую наивность.

— Ты прожила всю жизнь в своём маленьком мирке и теперь решила, что способна тягаться со мной?

Его голос стал мягким, почти нежным, но в этой мягкости таилась ледяная угроза.

— И вот зачем ты мне рассказываешь, что намереваешься сделать? И почему не отошла от края корабля?

Ицин не успела даже осознать опасность.

Рывок.

Чжэнь схватил её за предплечья, развернул лицом к морю и резко перегнул через борт.

Мир перевернулся.

Ицин почувствовала, как под ногами исчезает опора. Ледяной ветер ударил в лицо, заставляя её открыть рот в безмолвном крике. Внизу, слишком далеко,

ревели волны, похожие на пасть морского зверя, готового поглотить её без остатка.

Всё тело обдало холодом ужаса.

— Ты настоящая дура, — произнёс Чжэнь спокойно, почти весело. — Я ведь могу просто убить тебя — и на этом всё закончится.

Ицин почувствовала, что он не шутит. Он действительно мог это сделать прямо сейчас.

Она не умеет плавать. И если он сбросит её за борт, она утонет мгновенно.

Никто даже не успеет заметить, как она исчезнет в черноте морской бездны.

Волны внизу казались живыми. Они дрожали, дышали, манили её к себе. В памяти вспыхнул тот самый сон у шаманки. Как её лёгкие наполнились водой. И вот уже кажется, что она видит прозрачные злобные лица сквозь толщу воды, что тянут к ней свои обжигающе ледяные руки.

— Господин!

Чей-то голос пронзил воздух, вырвав Ицин из тьмы страха. Чжэнь замер, его пальцы резко разжались, и Ицин рухнула обратно на палубу, ударившись коленями.

Боль была резкой, но освежающей. Она жадно вдохнула воздух, ощущая, что ещё жива.