Книга Нефритовая лиса, страница 41 – Крис Велрайт

— Что она дала тебе? — вдруг раздался голос Тай Дзяо, сухой и отстранённый.

Ицин раскрыла ладонь, молча демонстрируя булавку с темным камешком. Она почему-то ожидала, что мать попытается ее забрать — может быть, выбросит, раздавит под ногами, велит слуге избавиться от нее, — но Тай Дзяо лишь мельком взглянула и отвернулась к окну.

В паланкине вновь повисла тишина.

Тай Дзяо вздохнула и, помедлив, заговорила:

— Почему ты сказала, что не собираешься в Тивию?

— Потому что я не хочу туда ехать, — наконец озвучила вслух свои мысли Ицин. — Все это меня пугает. Я хочу остаться в Сэе. Я уверена, что можно найти другого мужа. И уверена, что отец меня поймет, если я смогу все ему объяснить. Быть женой торговца — это унизительно.

— Унизительно?

Ицин ожидала гнева, раздражения, нравоучений, но мать только коротко хмыкнула. Она никогда раньше не видела у нее такого выражения лица. Это была не горделивая холодность, не надменность, с которой она обычно обращалась к слугам или даже к отцу. Нет. Сейчас в ее взгляде читалась издевка.

— Ты думаешь, что одна проходишь через унижение? — ее голос был странным, почти угрожающим, но это ощущение тут же исчезло, растворившись в обычной, надменной тоне. Она отвернулась к окну, глядя в темноту улиц. — В любом случае, духи уже все решили. Ты же слышала, что сказала шаманка. Если она говорила тебе искать кого-то в Тивии, значит, ты туда попадешь.

— Ты веришь любым словам, даже этой женщине, а что насчет моих слов? — она почти взмолилась, голос ее дрогнул. — Послушай меня хотя бы раз. Я же твоя дочь. Неужели…

— Именно, потому, что ты моя дочь, ты должна перестать себя так вести. — Мать перебила ее ровным, жестким голосом. — Это всего лишь замужество. Попадешь в его дом — разберешься, как поступить. Лучше быть униженной, но со статусом и деньгами, чем смотреть, как твой дом медленно превращается в развалины. Или ты хочешь, чтобы твои отец и мать побирались? Хочешь, чтобы я просила милостыню?

Ицин опустила глаза, словно прячась от правды, которая вдруг навалилась на нее с удушающей тяжестью. Внутри все сжалось. Она не хотела такой судьбы для своих родителей. Неужели все действительно настолько плохо? Почему она раньше об этом не думала? Почему никогда не задумывалась о том, откуда берутся деньги в доме? Отец редко говорил с ней о делах, мать всегда была холодна, но заботилась, чтобы у нее было лучшее платье, дорогие украшения, учителя… Она воспринимала это как должное. А теперь — что, если всего этого скоро не будет?

Пальцы ее непроизвольно сжались, ногти впились в кожу.

Кольнула булавка.

Тонкая острая игла впилась в подушечку пальца, и от неожиданности она дёрнулась, втянув воздух сквозь зубы. Тай Дзяо заметила это движение и посоветовала::

— Спрячь эту вещь.

Голос матери был ровным, но в нём звучала настороженность. Она смотрела на булавку чуть дольше, чем следовало, и в ее взгляде было что-то непонятное — подозрительность? Осторожность? Суеверный страх?

— Если Вую что-то дала, значит, это действительно необходимо. Когда окажется в Тивии, загляни к сестре шаманки и выкажи ей от меня почтение. У твоего мужа наверняка найдутся лишние деньги, чтобы прикупить достойное подношение. Духам нужно внимание, а наша семья не отказалась бы от их поддержки. Твоя свадьба уладит часть финансовых проблем, но всегда стоит заручиться силой иного мира.