Книга Нефритовая лиса, страница 201 – Крис Велрайт

— Я смогла, — прошептала Чжа, подбегая к решётке. Её пальцы тут же сжали руки Ицин сквозь прутья. — Я смогла. Я привела её к тебе.

Ицин смотрела на неё широко раскрытыми глазами, а потом перевела взгляд на третью фигуру.

В тусклом, но живом свете факела стало видно лицо женщины.

Она была чем-то похожа на Вую, но значительно старше. Тёмные, немного растрёпанные, волосы, собранные в косы, заплетённые с цветными нитями. На её запястьях звенели браслеты, на шее покачивались талисманы, странной формы амулеты, ракушки, перья. От неё веяло сыростью, пряным дымом, солью, словно она пришла прямо с моря.

Женщина молча смотрела на Ицин. Её взгляд был тяжёлым, внимательным, как будто она читала не лицо, а мысли.

— Ты та, о которой говорила Вую? — Голос её был низким, хрипловатым, с едва уловимым акцентом южных провинций. — Посмотрим, можно ли тебе помочь.

Шаманка протянула руку и вложила в ладонь стражника небольшой мешочек. Тугой и тяжёлый от монет. Стражник машинально сжал его, взвесил в руке и посмотрел на женщину с неожиданным уважением.

— Иди отдохни, — сказала она спокойно, но в её голосе было что-то, что не терпело возражений. — Не беспокой нас, пока я тебя не позову.

Тот промямлил что-то невнятное, кивнул и, втянув голову в плечи, удалился, оставив их троих в полутьме камеры.

Шаманка обернулась к Чжа. Её взгляд стал строже.

— Тебе тоже лучше оставить нас наедине, — произнесла она.

Чжа колебалась. Глядела то на Ицин, то на шаманку, словно не зная, стоит ли ей уходить. В глазах её читалась тревога.

Ицин посмотрела на неё и кивнула. Лёгко, уверенно. В этот миг она на мгновение снова обрела ту сдержанную силу, что когда-то помогала ей выстоять в павильоне.

— Всё хорошо, — шепнула она.

Чжа задержала взгляд на подруге, и медленно направилась к выходу, оставляя Ицин наедине с той, кто была её последним шансом.

Шаманка подошла ближе, медленно, не спеша, словно осматривала не камеру, а порог чужого дома. Остановившись у самой решётки, она посмотрела на Ицин. В её глазах не было ни жалости, ни осуждения, только спокойный интерес, как у человека, привыкшего видеть чужие страхи и желания, и больше не удивляющегося им.

Молча она расстегнула сумку, достала из неё сложенный кусок ткани и аккуратно разложила его на полу, прямо перед собой. Затем присела, скрестив ноги, сложив руки на коленях.

Ицин не выдержала. Её чуть дернула улыбка. Что-то в этом движении, в самой позе напомнило женщин на торговой улице. На таких же точно тканях, только с ярким орнаментом, сидели уличные гадалки, разложив карты, ракушки или кости, окликая прохожих и обещая рассказать судьбу за пару монет.

Шаманка приоткрыла глаза и, заметив её усмешку, спросила негромко:

— Тебе весело?

В голосе не было упрёка, только напоминание, где они находятся.

— Я не против человеческого веселья, — добавила она. — Но сейчас тебе стоит собраться. Дай свои руки мне.

Улыбка Ицин тут же исчезла с лица. В ней проснулась тревога. Ей стало не по себе, вдруг эта женщина решит, что она смеётся над ней, обидится и уйдёт? Тогда всё. Конец.

Стараясь не показывать волнения, Ицин подошла ближе и протянула руки сквозь решётку. Всё это казалось ей странным, почти игрой. Сейчас шаманка, вероятно, посмотрит на её ладони, нарисует какой-то знак или скажет таинственные слова. Или, может быть, просто молча посмотрит, покачает головой и скажет: «Ты обречена».