Книга Утерянный жемчуг, страница 20 – Крис Велрайт

Они поднялись по скрипучим ступеням на второй этаж. Юноша открыл одну из дверей, и Мэйлинь зашла в комнату.

В комнате было огромное количество книг, расставленных на полках, дорогой ковер на полу, картины на стенах и… молодой человек, что сидел за небольшим столиком. Полы его халата стелились по полу, одна из рук лежала на согнутом колене, поддерживая голову. Он что-то разглядывал за окном, погрузившись в размышления. Черные, лоснящиеся, как грива породистого коня, волосы были завязаны в хвост, а на ногах красовались дорогие матерчатые сапоги.

Мэйлинь замерла, не смея дышать: ей никогда еще не приходилось находиться наедине с благородными людьми. Те, кого она имела право обслуживать в гостинице, были торговцами, путниками или людьми, притворяющимися таковыми. Благородных и знатных она видела только издалека, когда те поднимались на второй этаж.

Молодой человек, ощутив на себе чей-то взгляд, медленно повернул голову, и вся его красота стала еще острее. Но когда Мэйлинь поняла, в чьи глаза смотрит, по ее спине пробежал холодок.

— Господин Лиджу, – прошептала Мэйлинь, пораженная встречей.

— Что ты здесь делаешь? – удивился господин Лиджу, и Мэйлинь перестала видеть его красоту.

Этот человек пугал ее. Он напоминал ей суейоу – рыбу, пеструю и красивую, но смертельно ядовитую. А еще эта подводная тварь обладала скверным характером. Все живое вокруг сторонилось ее, и только глупые люди велись на красочную чешую и разноцветные плавники. Но Мэйлинь этим не обманешь. Он – чудовище, воплощение ее страхов: в его власти лишить ее семьи, выгнать прочь из города или отрубить голову.

Мэйлинь сглотнула, поклонилась и постаралась ответить так, чтобы голос не задрожал:

— Я пришла к господину Лю.

— Это я и сам вижу, но зачем?

В голосе линши появилось раздражение. Он поднялся, и Мэйлинь непроизвольно сделала шаг назад.

Он был мужчиной, а она привыкла считать мужчин важнее себя. Они имели право на все, что пожелают, а женщины – только на то, что им укажет отец, брат или муж. Мужчин следовало остерегаться, им ничего не стоило разрушить твою жизнь. Она помнила одну из своих односельчанок, что тайно общалась с соседским юношей через забор между их домами. А потом этот юноша разболтал друзьям, что она в него влюблена и позволяет всякое. А чтобы ему поверили, он позвал ребят послушать, как они общаются через забор. Для него это была забава, способ утвердиться в глазах сверстников, а для бедняжки это стало роковой ошибкой. Он уговорил ее перелезть через забор и пошли разные толки. Ее семья была опозорена и, чтобы восстановить свое доброе имя, они продали дочь работорговцу. Все равно теперь она бесполезна – никто на такой не женится.

Мэйлинь знала сотню таких историй, и у этой был не самый страшный финал. Поэтому, пусть в Синторе все было иначе, пусть тут сэянкам позволяли больше, пусть ее отец не был с ней так строг, как другие отцы, но сэянцы жили сплоченным сообществом и помнили о своих традициях.

Мэйлинь так и не решилась поднять глаза на господина Лиджу и ответила на вопрос, разглядывая его ботинки:

— Я здесь, – она замялась, – пришла сюда, чтобы узнать кое-что для вас.

— Для меня? Я не приказывал тебе делать что-либо за пределами гостиницы. – Он замолчал, а потом вкрадчиво уточнил: – Подожди-ка, ты хочешь сказать, что ты тут из-за смерти того человека?