Книга Бывший муж. На осколках мести, страница 30 – Галина Колоскова

Мира приложила ладони к ушам.

— Прими ты уже! Невозможно слушать!

Она не успела послать липучку Дениса, как Ладыгин вернулся.

Он повёл Миру к выходу. По лестнице спустились очень быстро. Она обернулась к мужу на последней ступеньке.

— Не тяни, что случилось? – шум вечернего города не давал возможности говорить шёпотом.

— Звонили из офиса. Кто-то настойчиво пытается взломать систему безопасности нашего банка.

Мира не знала смеяться или плакать.

— Решили ограбить айти-компанию, разрабатывающую защиты? Дилетанты или специалисты высшего уровня? Я тебе говорила…

Они не заметили, что из-за припаркованного неподалёку автомобиля на сумасшедшей скорости вылетел мотоцикл.

— Ложись! – Паша швырнул жену на асфальт и бросился сверху одновременно с автоматной очередью…

Глава 15

Мира очнулась на больничной кровати. Услышала пиканье приборов жизненного обеспечения. Игла капельницы в руке. Трубки в носу. Ощущение дежавю. Так же очнулась два года назад, после родов. Тогда её пытались убить, похитив и закрыв прикованную к батарее в заброшенном доме. Кто спас и как попала в больницу, не вспомнила до сих пор.

Она закрыла глаза, пытаясь понять, как сегодня здесь оказалась.

Сердце сжалось. Друг погиб, прикрыв её своим телом? На душе тошно и страшно.

Понадобилось усилие, чтоб поднять руку вверх и освободится от трубок в носу.

— Паша… – получилось слабо, вряд ли кто-то услышит. Она закричала громче: – Паша! – и закашлялась, не сдержав стон от боли, пронзившей лёгкие.

В палату влетела медсестра лет тридцати.

— Лежите спокойно, вам нельзя двигаться!

Какое «спокойно», когда сердце бьётся набатом. Мира с трудом проговорила.

— Где мой муж?

Ужасно болело в груди.

Медсестра вызвала врача и только потом ответила:

— Его оперируют. Вы находитесь в хирургии. Как только операция закончится, я сообщу.

— Что с ним? – кровь молотом била в виски.

— Пулевые ранения. Одно навылет. Вторая пуля пробила лёгкое и застряла в мягких тканях, – ответил мужской голос.

Мира обернулась к двери. Седой мужчина с доброй улыбкой на лице зашёл в палату.

— Состояние тяжелое, но стабильное. Оперирует сам Амосов. Лучший хирург Москвы.

— Я отблагодарю! – не знала, какому богу молиться, что так повезло.

— Не нужно. Всё уже оплачено. Владимира Эдуардовича вовремя доставили вертолётом. Поражаюсь, как вашим друзьям удалось сделать это?

Она удивлённо протянула:

— Друзьям? – среди близких Павла богатых людей нет. Слёзы текли из глаз. – Я состоятельная женщина. Умоляю, сделайте всё, что в ваших силах! Спасите Павла!

— Успокойтесь! Ваш муж в надёжных руках. Теперь всё зависит от его желания жить. Не думайте о плохом! – Он подал пачку бумажных салфеток. – Вам нельзя волноваться и много разговаривать. У вас контузия правого лёгкого средней тяжести и сотрясение мозга.

Мира не помнила взрыва.

— Контузия?

Её удивление вызвало у врача улыбку.

— Ушиб лёгкого. Вы упали правым боком на бордюр. Ваш муж рухнул сверху. Сильный удар. Но серьёзных осложнений нет. У вас крепкие рёбра, Мира Николаевна. Полежите в клинике пару недель, поставим вас на ноги. Отдохнёте как следует, а после выписки займётесь лечебной физкультурой.

— Некогда мне отдыхать. Я крепкая. Только на вид хрупкой кажусь. – Она внимательно оглядела комнату в бежевых тёплых тонах. В блестящее чистотой окно билась бабочка, потерявшая ориентир, совсем как сама в последнее время. Мира тяжело вздохнула. Жизнь – боль. – Не люблю больничные стены!