Книга Преподаватель, страница 80 – Юлия Хокка

Находящийся в кадре профессор в очках с умным видом рассказывал что-то важное, но я тупо смотрела на него, ничего не улавливая, будто он говорил на другом языке.

И вдруг меня как током ударило: Олег Сергеевич еле заметно коснулся мизинцем моего мизинца. Вздрогнув, я замерла. В ушах бешено запульсировала кровь. Преподаватель медленно провел рукой по столу, все еще слегка касаясь меня пальцем. Дыхание перехватило. Но в следующее мгновение он быстро встал и подошел к ноутбуку.

Фильм закончился.

Меня обдало холодом, словно кто-то внезапно открыл окно. Кровь продолжала оглушительно шуметь в голове, и вместе с ней там роился бешеный поток мыслей.

Что это сейчас было? Это ведь… не случайность? Нельзя же случайно коснуться так? Хотя, со стороны это, наверное, именно так и выглядело. Но если он это специально, то зачем? Что он хотел показать? Виски пульсировали, в горле пересохло, а в солнечном сплетении завязался тугой узел.

Что это было?

До конца пары я не сводила с Олега Сергеевича глаз. Произошедшее никак не укладывалось в голове. Неужели Маша была права?.. Однако больше он никакого внимания не проявлял, даже взгляд ни на секунду на мне не задерживал.

Шефер ушел, перерыв закончился, началась лекция другого преподавателя, на следующих перерывах ко мне подходили и Настя с Аленой, и Яна, и Алина что-то спрашивала про книгу. Я отвечала на автомате, пребывая в каком-то коматозном состоянии. Мысли раз за разом возвращались к Олегу Сергеевичу.

Позже ни Машке, ни тем более подружкам из группы я об этой ситуации не рассказала. Боялась, что если расскажу, то все закончится. Будто это была какая-то магическая тайна, нечто очень личное, и стоит поведать об этом кому-то, как волшебство исчезнет и все разрушится. А мне хотелось, чтобы все продолжалось.

За окном стояла глубокая ночь. Одинокий уличный фонарь тускло освещал комнату сквозь неплотно задернутые шторы.

Уснуть не получалось. Стоило закрыть глаза, как я видела его лицо: едва заметный шрамик над верхней губой, упавшие на лоб непослушные пряди, самодовольную ухмылку. И бездонные ледяные глаза. Казалось, рука до сих пор ощущает обжигающее прикосновение. Сознание терзала одна-единственная мысль: что это значило? И значило ли вообще хоть что-то?

Было страшно надеяться. Страшно мечтать об отношениях с Олегом Сергеевичем. Может, я вовсе ему не нравилась, и он даже не думал о чем-то подобном. Мои надежды еще ни разу не оправдывались. Вдруг он просто играл? Заметил мое неравнодушие и решил повеселиться. Ведь такое возможно. Я почти не знала этого человека, не знала, какой он на самом деле, так что любые варианты были одинаково вероятны. Но так отчаянно хотелось верить в наилучший.

Неужели я влюбилась? В Олега Сергеевича – моего преподавателя? В этого дерзкого, сложного, самовлюбленного, временами нежного, такого мужественного и интересного человека? Нет, я все себе напридумывала. Просто хотела внимания и тепла. Просто клюнула на красивую обложку, не более.

И все же… был ли у него кто-то? И, чисто в теории, был ли у меня шанс стать для него той единственной? Шанс, что из всех девушек он выберет именно меня? Неплохую, но слишком… никакую.

Врать себе не было смысла – я начала надеяться. И лучше бы искоренить это сейчас, пока все не зашло слишком далеко.