Книга Преподаватель, страница 278 – Юлия Хокка

— Чего молчишь, Олененок? – спросил он, опустившись на стул за боковым столом.

Я присела на угол этого же стола. Шефер сильнее развернулся ко мне, теплая ладонь стала ласково поглаживать бедро. Тонкая джинсовая ткань не препятствовала прохождению будоражащего тока от его руки к моей коже.

— Пока не понимаю, что сказать, – честно призналась я. – Ты видел мои сообщения?

Олег достал телефон и открыл нашу переписку.

— Почему не сказал, не знаю, правда. Просто не сказал. Долго думал, что делать, и пришел к такому решению.

— А про друга-хакера – это правда или блеф?

— Блеф, к сожалению. – Он призадумался. – Хотя у Руслана надо спросить, может, реально есть такой крутой знакомый. А насчет Димы я не удивлен, кстати. Яна тут меня больше поразила.

— А меня – нет. То есть я не понимаю, зачем она это сделала, но не удивилась, когда Вла… – Я замолкла на полуслове, Шефер вопросительно на меня посмотрел. – В общем, мне про это Влада сказала, но по секрету. Обменяла правду на обещание, что тень от этой истории на нее не ляжет.

— А она замешана?

— Можно сказать, что нет. Так, ляпнула что-то, не подумав, но ничего не распространяла, если не врет.

— Ясно.

— Слушай, – меня вдруг осенило, – а если автор реально она, а все это провернула, чтобы отвести подозрения?

Любимый вздохнул. Серебряный браслет звякнул на его руке, когда он поправил выбившиеся темные пряди волос, в которые мне так хотелось зарыться пальцами, прильнув к губам.

— Это уже не имеет значения, малыш. Правда все равно всплыла, а я все равно увольняюсь. Даже если автор продолжит рассылать это дальше – уже неважно.

— Ты действительно увольняешься?

— Увольняюсь.

Повисло молчание. Неизвестно, о чем думал Олег, продолжая медленно поглаживать мою ногу, я же думала о том, как сильно не хочу объясняться перед подругами. Из-за этих взглядов Алены стало реально перед ней стыдно, Настя-то наверняка проще отнеслась к ситуации. А еще мне одновременно хотелось и не хотелось поговорить с Яной. Было очень интересно услышать ответ на вопрос – зачем она это сделала? При этом я понимала, что просто стушуюсь и не вывезу диалог. Морально Яна была гораздо сильнее меня.

В дверь постучали, и Шефер убрал ладонь, отчего сразу стало будто холодно.

— Да, входите.

Дима нерешительно зашел в кабинет, его лицо выглядело одновременно злым и растерянным.

— Не думайте, я не с повинной пришел, я такой фигней не занимаюсь, – процедил он, так и замерев у входа.

— А что ты тогда хотел? – спросила я.

— Меня бесит вся эта ситуация, хочу рассказать правду, потому что она сама не сознается.

— Ты хочешь сказать, что знаешь автора письма? – абсолютно спокойно уточнил Олег. Его ненависть к Димке заметно приглушилась.

— Да. – Парень наконец-то перевел взгляд с окружающей обстановки на нас. – И это не Марина и не я, как вы могли подумать.

— Яна? – вырвалось у меня.

Семенов нахмурился.

— Че? Не. Это… – Он колебался, явно сомневаясь в том, что поступает правильно, но пути назад уже не было. – Ну, в общем, это Злата.

С моего языка слетело нецензурное слово.

Если слова Димы были правдой и это письмо с доносом написала наша староста, то, вероятно, это она так решила отомстить нам с Олегом за давнюю историю с деньгами. Хоть Семенов ничего и не сказал про Марину, ее участие в этой истории было очевидным, спасибо Владе. Получается, замешаны оказались все подозреваемые: Яна сделала фото и скинула его Марине, Дима рассказал Марине о том, как застукал нас с Шефером в аудитории, Рубинова захотела всю эту информацию обнародовать, а Злата осуществила задуманное.