Книга Преподаватель, страница 232 – Юлия Хокка

Отчасти она была права. Я всегда нервничала, переживала, страшно волновалась, но получала хорошие оценки в итоге. Не всегда пять, но, как правило, редко что-то ниже четверки. Иногда умом, иногда везение выручало, а порой и обаяние. Предмет Кисы Вьюгина я не знала, еще со школы ненавидела математику, но четверку он был готов поставить всем, кроме двух наших раздолбаев – Димки и Щеглова, а если глазки состроить, заболтать и сказать хоть что-то по теме, то появлялся шанс получить и «отлично».

Олег меня проинформировал, что за «красивые оленьи глазки и сводящие с ума губы» он автомат мне не поставит, но и мучить не будет. А потом добавил, что это он на экзамене мучить не будет, а после – еще посмотрим.

Шефер считал, что я знаю достаточно, чтобы получить хорошую оценку. Хотелось верить. И не хотелось его разочаровать.

Телефон в кармане завибрировал. Я спокойно достала его и посмотрела, кто прислал сообщение, сердцем чувствуя, что мой мужчина, и не боясь, что Настя увидит, потому что с недавних пор Шефер был записан у меня в контактах просто как Олег. Поначалу сомневалась, думала оставить его «Олегом Сергеевичем», учитывая наши отношения, этот вариант звучал довольно пикантно, но боялась, что может произойти ситуация, когда Олег мне позвонит или напишет и окружающие заметят.

Сообщение и правда оказалось от него.

— Сейчас приду, – поднимаясь на ноги, сказала я подругам.

Яна позвала Марину, попросила ту подойти, чтобы что-то интересненькое рассказать. Кинув взгляд на девушку, которую раньше считала подругой, в какой-то момент даже близкой, я явно заметила, что за маской кукольной внешности Яны прячется что-то еще. Что-то неприятное. Стервозность? Хитрость? Лицемерие? Непонятно. Я слышала от подруг, что нашу светловолосую красавицу некоторые в группе считают лгуньей. Кто-то говорил, что она врет насчет своих брендовых вещей, что они подделка, а кто-то говорил, что они оригинальные, но ей их дарят не просто так, не наивные поклонники, а что она спит с богатыми мужчинами за деньги. Также некоторые считали ложью и то, что она рассказывает о своих парнях и друзьях, якобы что среди них нет таких влиятельных и классных людей, которые просто за ней бегают.

Мне по этому поводу сказать было нечего. Я бы не удивилась, если бы это оказалось правдой, обычно я Яне верила, но и не удивилась бы, если бы она и действительно врала. Было в девушке что-то скользкое. Однако ни меня, ни одногруппников не должно было волновать «происхождение» ее подарков. Личное дело каждого – с кем спать, с кем не спать. Не стоит это обсуждать и осуждать.

Повинуясь интуиции, я решила задержаться и подслушать, о чем говорят принцессы, но это оказалось невозможно: в коридоре стоял перманентный шум, а девочки были достаточно далеко от меня, и на ключевом моменте Яна перешла на шепот. Но я была готова поклясться, что поймала на себе ее косой взгляд, словно речь шла обо мне. Удалось расслышать только две фразы: «Есть кое-что любопытное», «Лучше после экзамена».

Конечно, учитывая, какую тайну я хранила, первой мыслью стало пугающее предположение, что про нас с Олегом узнали. Но это странно. Не похоже на правду. Про мои отношения с преподом знали только три человека: я, Шефер и Димка. Маша не в счет. Если бы Димка решил поведать эту увлекательную историю одногруппникам, то начал бы сразу с Марины – последнее время он бегал за ней хвостиком. Откуда могла узнать Яна? Может, конечно, они успели сдружиться, а я об этом просто не знала?