Книга Преподаватель, страница 150 – Юлия Хокка

Казалось, мы попрощались, оба, все – забудь и отпусти. Но как это прекратить, если сама жизнь продолжает нас сталкивать? Сегодня не было ни пар с Шефером, ни работы в деканате, ни его сообщений, и я не ожидала, что вообще увижусь с ним. Надеялась на спокойный и легкий день. Но судьба распорядилась иначе.

— Господи, будьте, пожалуйста, аккуратнее, – вздохнул Шефер, – вдруг в следующий раз меня рядом не будет.

Семенов косо посмотрел на него из-под нахмуренных бровей.

— Когда вас рядом нет, я и не падаю, – отозвалась я, продолжая крепко держаться.

Преподаватель помог мне дойти до нормальной поверхности. Настя и Алена заговорщически перешептывались и переглядывались, Димка же стоял мрачнее тучи. Хотелось верить, что Шефер ничего этого не замечал.

— А вы падаете потому, что вас при виде меня ноги перестают держать, или причина в чем-то еще?

Настя снова хихикнула, слегка пихнув Алену локтем.

Стало неловко. Мне захотелось толкнуть их обеих и еще самого Олега Сергеевича. Смело, конечно, с его стороны, шутить про подкашивающиеся ноги в присутствии моих подруг. Разве преподаватели не боятся такого рода сплетен? Впрочем, особой почвы для них и не было, наверное. Сказал и сказал.

— Учитывая, что сейчас я вас даже не видела, дело явно не во мне. Может, это у вас такой тяжелый взгляд, что сбивает с ног юных девушек?

— Видимо, только вас, Белокрылова.

Шефер стряхнул с рукавов моей куртки снег и, чуть наклонившись, смахнул его и с джинсов на бедрах, незаметно, словно между делом, проведя пару раз ладонью по задним карманам.

Он случайно или специально? Если специально, то это уже ни в какие ворота не лезет. Взрослый, с виду адекватный мужчина, почему он позволял себе такое поведение? То почти целует, то отталкивает, то по попе гладит… У него какое-то психическое расстройство? Или просто психологические проблемы?

Но вслух я ничего говорить не стала. Не при девчонках и Диме.

— Будьте осторожны, сейчас везде скользко, – бросил преподаватель напоследок и, оставив нас, быстро пошел дальше.

Однако… на этом все не закончилось. Наш психофизиолог, видимо, решил стать бурундуком, потому что в любой ситуации спешил мне на помощь.

Он стоял на соседней кассе, когда кассир сообщил мне, что средств недостаточно.

— Ален, я забыла деньги на карту кинуть, у тебя нет сотки? – обратилась я к подруге, у которой обычно была при себе наличка. – Мне не хватает.

— Ой, не-а, – ответила она.

— Насть, а у тебя?

Но ни Рыжик, ни Димка, который уже открыл рот, ответить не успели.

— Я заплачу, – материализовался из воздуха Шефер и приложил карту к терминалу.

Вероятно, вовремя, так как на нас уже недовольно поглядывала женщина, стоявшая за нами в очереди. Да и кассир не выглядел дружелюбно.

— Ой, спасибо большое, – растерянно произнесла я, глядя на преподавателя, – я переведу вам вечером обратно.

— Не надо ничего, – нахмурился он.

Дожидаться нас Олег Сергеевич не стал – ушел сразу, как только распечатался чек.

Дальше день тянулся спокойно и размеренно. Яна только как-то странно поглядывала на нас с Димкой, но не подходила и ничего не говорила. Мы снова почти перестали общаться, разве что только по учебе. Злата продолжала испепелять меня взглядом и показательно игнорировала, но это мало беспокоило. Гораздо важнее, что меня сегодня похвалила Ксения Витальевна! И во время ответов на девиантной психологии, и мой реферат по педагогике. Но если первый предмет я любила всей душой, с удовольствием читая и рассказывая и про аддикции, и про секты, и про маньяков, то со второй дисциплиной, как и с педагогической психологией, складывалось хуже. Даже не ожидала, что преподавательнице понравится моя работа. С точки зрения изучения девианты оказались интереснее всего. Они действовали наверняка, да? Но в жизни с любыми проявлениями девиаций сталкиваться не хотелось бы – ни у себя, ни у других.