Книга Лис и Теа. Роквью, страница 95 – Яна Гаврилова

— Теа права, – тихо произносит Глория, – Нельзя все время обходить его стороной. Я знала, что, когда – нибудь она захочет посетить его, поэтому продолжала присматривать за ним. В конце концов, это ее наследство.

— К черту такое наследство, – выплевывает Харпи и отодвигает от себя тарелку.

— Сын, хватит! – приказывает Стивен, – Теа сама может решить, как ей поступать. Мы взяли ее в семью с определенным багажом и приняли это. Дом Джона остался за Теей, так же, как и похоронное бюро. Если завтра она решит облить его крыльцо бензином и чиркнуть спичкой значит так тому и быть, а если захочет остаться там жить мы будем с удовольствием приходить туда на ужин.

Харпи вскакивает со стула и уносится прочь.

Я с благодарностью смотрю на Стивена.

— Спасибо. Спасибо, что поняли меня. Я знаю, что говорила, что не собираюсь возвращаться туда, но я чувствую, что должна это сделать.

— Милая, не обижайся на Харпи. С первого дня вашего знакомства от стремился оберегать и защищать тебя. Ему потребуется немного времени, чтобы понять, что теперь ты способна сделать это сама.

Мы заканчиваем ужин, а Харпи так и не появляется. Я чувствую вину за то, что сообщила о своем решении так внезапно и испортила его первый ужин в родительском доме. Поэтому, чтобы хоть как – то искупить свою вину, я смешиваю в блендере ингредиенты для «пино – колады».

Я нахожу Харпи на заднем дворе, сидящим на подвесных качелях. Между зубов у него зажата сигарета, а взгляд устремлен в небо.

— Не помешаю? – спрашиваю я, протягивая другу бокал с коктейлем. Он принимает напиток, и я чувствую, что это хороший знак.

Харпи пробует коктейль.

— В моем исполнении вкуснее.

Я опускаюсь рядом с ним.

— Я не пыталась превзойти тебя. Ты всегда готовишь «пино – коладу», чтобы порадовать меня. Мне показалось, что сегодня моя очередь.

Мы молча пьем коктейли и смотрим на звездное небо.

— Ты правда хочешь пойти туда? – спрашивает друг спустя время.

— Хочу. Честно говоря, это решение и для меня стало сюрпризом. Не думала, что, когда – нибудь снова войду в этот дом.

— Я тоже. Знаешь я до сих пор помню тот вечер, когда Джона выводили в наручниках. Он даже не был удивлен, что за ним пришли.

— Ну, наверное, когда совершаешь подобное сложно представлять другой исход. Думаю, он знал, что однажды этот день настанет.

Харпи глубоко вздыхает.

— В тот вечер ты словно разбилась вдребезги на моих глазах. Черт, Тэй – тэй, мы дружили с трех лет и это был первый раз, когда я видел тебя такой. Твое лицо было такого же цвета, как асфальт, на котором ты сидела. Я не понимаю, как ты можешь желать вернуться туда.

— Харпи, все будет хорошо. Я справлюсь.

— Позволь мне хотя бы пойти с тобой?

— Нет, Харпи. Я должна сделать это одна. Но ты можешь встретить меня после.

Слава Богу, Харпи больше не спорит. Мы еще немного смотрим на звезды, допиваем свои коктейли и расходимся по своим комнатам. Я переодеваюсь в приготовленную Глорией пижаму и уверена за стеной Харпи делает то же самое.

Мой друг был прав. Пять лет назад я действительно разбилась вдребезги. И вернуться в дом отца, значит собрать все недостающие осколки, чтобы снова стать цельной.

***

— Милая, просыпайся! – Глория Гилмор врывается в мою комнату в шесть часов утра извещая о том, что настал день моего рождения. Где бы я ни жила этот день всегда был праздником. Отец устраивал для меня праздник, приглашал моих друзей из школы и украшал дом цветами. А вечером я обязательно пела. Я чувствовала себя самой любимой девочкой в мире и даже не подозревала, что мой отец живет двойной жизнью.