Книга Лис и Теа. Роквью, страница 66 – Яна Гаврилова

— Это значит, что я доверяю тебе. И, кстати, мой радар тоже.

Что этот парень несет? Какой еще нахрен радар?

Я решаю больше ничего не спрашивать, потому что иначе мой мозг закипит от той хрени, что плетет Харпи. Я забираю у него ключи и даю себе обещание спросить у Теи о каком радаре говорит ее друг.

***

Харпи не соврал. Мне действительно требуется два оборота по часовой стрелке, чтобы открыть дверь. В квартире темно и тихо, и я ощущаю себя настоящим вором, который пролез в чужой дом ради собственной наживы.

Я осторожно пробираюсь сквозь темноту, стараясь ничего не уронить. Открываю первую дверь, которая попадается на моем пути, но там пусто. По беспорядочно раскиданной мужской одежде, я понимаю, что это комната Харпи.

А вот следующая дверь, оказывается той, что мне необходима. Прежде чем обнаружить присутствие Теи, я чувствую запах тропических фруктов и экзотических цветов. Открыв дверь шире, я проскальзываю в комнату и вижу девушку.

Теа лежит на боку, подложив ладони под щеку и мирно спит. Ее веки слегка подрагивают, а дыхание спокойное и ровное. Длинные черные ресницы, напоминают мне граненные наконечники стрел. В комнате струится мягкий свет от ночника. Я сажусь на единственный в комнате стул и достаю из внутреннего кармана куртки идеально заточенный карандаш и блокнот. Мои неизменные атрибуты, которые я постоянно ношу с собой на случай…как раз на такой случай.

Я старательно вывожу каждую линию, стараясь не пропустить ни единого штриха. Мои глаза болят от недостатка света, но я скорее предпочту ослепнуть, чем навсегда упустить этот момент и не сохранить его на бумаге.

Харпи сказал, что сердце Теи нуждается в исцелении. Пора бы признать, что мое сердце жаждет этого не меньше. Как бы сильно мне этого не хотелось, но отказ Кори подействовал на меня сильнее чем я мог, признаться. Возможно, ничего дурного не случится если я подпущу Тею ближе.

Мне остаются последние штрихи, когда происходит это. Умиротворение, в котором прежде пребывала Теа испаряется и на его место приходит тревога. Девушка начинает метаться по кровати.

– Дарен! – кричит она, – Дарен, я здесь!

Она бормочет, что – то еще, но я не могу разобрать. Прежде мне никогда не доводилось быть свидетелем ночных кошмаров, и я не представляю, что должен сделать.

— Помоги ему! Прошу тебя! – раздается в полумраке спальни и меня подбрасывает на стуле. Я быстро убираю блокнот в карман и спешу к Тее. Влажные от пота волосы прилипли к ее лицу, из глаз льются слезы, а тело будто бьет озноб. И она совершенно не хочет просыпаться. Тогда я делаю единственное, что приходит мне в голову. Я скидываю ботинки и забираюсь в кровать. Обхватываю девушку руками и прижимаю к себе. Она всхлипывает и крошечные пальчики впиваются в ткань толстовки. Теа цепляется за меня, как – будто я единственное, что удерживает ее в этом мире. И черта с два, я позволю ей провалиться в бездну.

Постепенно дыхание девушки выравнивается, и она успокаивается. Я крепко держу ее в своих руках. Ее теплое дыхание щекочет кожу на моей шее, я закрываю глаза и ускользаю вслед за Теей, чтобы даже во сне не позволить ей упасть.

Глава 24

Теа

Я нахожусь в чьих – то объятиях и это безумно приятно. Меня окутывает слабый аромат мандаринов и корицы. Боже, да это же самый настоящий запах Рождественского утра! Но насколько я помню до Рождества еще много времени.