Книга Связанные местью, страница 64 – Кора Рейли

Глаза его были полузакрыты, а дыхание уже замедлялось. Его мускулистая грудь была покрыта бисеринками пота.

— Что случилось с моим отцом после того, как ты привез меня к себе домой? – спросила я.

Гроул открыл глаза.

— Он был мертв.

— Знаю, – резко прошептала я. – Я не об этом. Где его тело? Что ты с ним сделал?

Гроул, нахмурившись, повернул ко мне голову.

— Какое это имеет значение? Его больше нет.

— Люди хоронят мертвых не просто так. Потому что им нужно место, где они могли бы почувствовать связь с умершим человеком, место, куда они могли бы пойти попрощаться или поговорить с тем, что осталось от людей, которых они любят. Так поступают люди.

Гроул, казалось, не понял.

— Может быть. Не понимаю, как это тебе чем-то поможет.

— Ты не обязан понимать, – тихо произнесла я. – Просто прими это. Мне и вправду нужно знать, где находится тело моего отца. Мне нужно попрощаться с ним, чтобы обрести покой.

— Его закопали за пределами города.

— Закопали? Значит, его не бросили где-нибудь или еще что похуже?

— Меня там не было, когда его хоронили. Но это то, что они мне сказали.

— Ты знаешь, где это? Ты можешь отвезти меня?

Гроул вздохнул. Он сел, как я и ожидала, и спустил ноги с кровати, повернувшись ко мне спиной. Она тоже была покрыта татуировками – шипами и розами, черепами и змеями, и витиеватыми буквами черного цвета, которые гласили «Боль», больше ничего. На его спине, плечах и шее было еще больше шрамов.

— Тебе нужно жить дальше.

Я подавила нахлынувшее разочарование. Ему просто не дано понять. Так много человеческих эмоций и привычек были ему чужды! Я села и придвинулась ближе. Я надеялась, что если он не ушел сразу, то это хороший знак. Может быть, какая-то его часть хотела остаться со мной?

Кончиками пальцев я коснулась странных круглых шрамов, которые покрывали его спину и предплечья. Они не были похожи на раны от огнестрельного оружия. Казалось, будто кто-то прижигал кожу Гроула. После минутного колебания я тихо спросила:

— Что это такое?

Гроул заглянул через плечо, взгляд янтарных глаз смягчился.

— Ожоги от сигарет.

Мои пальцы замерли. Его голос звучал так отстраненно, как будто мы говорили не о его теле.

— Кто сделал это с тобой?

— Предположим, я попросил кое-кого сделать это со мной, – сказал он.

— Зачем кому-то просить кого-то причинять ему боль?

— Мне нравится боль. Со временем мне стало это нравиться.

— Тебе это нравится? – повторила я, убирая руку. Он просил кого-то прижечь его кожу? Неужели он был настолько испорчен? Эта идея мне не очень понравилась. Тот, кто поступил подобным образом в отношении себя, вероятно, поступил бы гораздо хуже с другими. Хотя тот факт, что это меня вообще удивляло меня, был смешон. Я знал, что представляет собой Гроул. Он был скорее монстром, чем человеком.

Уголок его рта дернулся в подобии улыбки. Ее лицо стало как будто более приятное, менее опасное. Но его губы вытянулись в привычную жесткую линию очень быстро.

— Не от ожогов. Я не просил наносить эти шрамы, – грубо сказал он. – Когда я был ребенком, я еще не испытывал боли.

Мои глаза скользнули по многочисленным следам ожогов. Я насчитала почти дюжину.

— Кто-то сделал это с тобой, когда ты был ребенком? – Я помолчала, сомневаясь, можно ли задать следующий вопрос. – Твоя мать? – Это, по крайней мере, объяснило бы, почему Гроул не хотел мстить за нее.