Книга Ночь в замке, страница 58 – Вероника Генри

Я застыла, не зная, куда смотреть, а он между тем как ни в чем не бывало продолжал перечислять все, что хотел купить. Вивьен со смехом складывала в пакеты выпечку. Оба явно чувствовали себя совершенно непринужденно, как старые знакомые. Он набрал гору хлеба, и я предположила, что это для работников на винограднике. Когда он упихал багеты в полотняную сумку, которая была у него при себе, и протянул руку с телефоном к терминалу, чтобы расплатиться, я ощутила подступающую панику. Я не хотела, чтобы он меня заметил.

Он развернулся и двинулся мимо очереди к выходу – хвост за мной успел за это время слегка подрасти. Ждущие своей очереди покупатели все вдруг как-то один за другим встрепенулись и дружно заулыбались, по очереди отвечая на его «Bonjour», которым он удостоил каждого. Я поспешно отступила в сторону и принялась рыться в сумке, делая вид, что ищу что-то страшно необходимое. Не ответить на его приветствие было неучтиво, но это было лучше, чем если бы он скользнул взглядом по моему лицу, не выказав ни малейших признаков узнавания или интереса. Он держался с непринужденностью очень привлекательного человека, давно привычного к тому, что все вокруг смотрят на него с тоской или завистью, но при этом в нем не было ни намека на заносчивость. Каждая женщина в очереди оживала, когда он обращался к ней, расцветая под его взглядом.

Я хорошо помнила это чувство. Помнила, как в тот вечер почувствовала себя живой, ощутила, как по всему моему телу разлилось тепло, когда его глаза встретились с моими. И это была еще только разминка, легкий вздох в сравнении с тем, что я испытала позже в его объятиях. С тех пор я никогда больше ни с кем и никогда не испытывала ничего подобного. При одном воспоминании колени у меня едва не подогнулись, в глазах потемнело от желания.

Когда подошла моя очередь, я была не в состоянии вспомнить, что собиралась брать. В совершенном смятении я наобум заказала что-то, на что упал взгляд, надеясь, что никто не заподозрит, что присутствие Реми Гаспара имеет какое-то отношение к моей неспособности связать два слова. Я выскочила из булочной и, дойдя до машины, плюхнулась на сиденье. Каким образом я превратилась в ту, которая шарахнулась от того самого человека, который придавал перчинку всем моим снам с того самого дня, когда я с ним познакомилась? Почему я стушевалась? Почему не встретилась с ним взглядом, не ответила на его приветствие с радостным возгласом, не подставила ему щеку для поцелуя? Разве не так поступила бы на моем месте взрослая опытная женщина? А я вместо этого повела себя как неуклюжий подросток.

Это все Дэниел. Он разрушил мою уверенность в себе, заставил чувствовать себя никчемной. Я ощущала себя униженной и не заслуживающей ничего хорошего. Во мне не осталось никакой воли к сопротивлению, ни капли моей былой жизненной энергии. Я попросту погасла. Последнее, чего мне хотелось, это увидеть потрясение во взгляде Реми, когда, узнав меня, он задастся вопросом, как я могла до такого докатиться.

Я рассеянно жевала уголок круассана, обдумывая нашу случайную встречу. Я подозревала, что она не останется единственной. Барль – городок маленький. Я не собиралась ездить за едой за тридевять земель. Почему я должна? Нет, мне просто нужно морально подготовиться к следующему разу. Позаботиться о том, чтобы быть на высоте, когда это случится снова. Она же никуда не делась, сказала я себе, та смешливая загорелая сексуальная девушка двадцати трех лет. Нужно просто извлечь ее наружу, отряхнуть от пыли и вернуть обратно на пьедестал, чтобы она могла встретить Реми с присущими ей дерзостью, смелостью и во всем блеске.