Книга Разрушители пророчеств 1, страница 23 – Сергей Михайлов

Он потянулся за плечо, но только взялся за торчавшую рукоять сабли из толпы вышел офицер в плаще армейской расцветки.

— Не дергайся, сынок! – слова седоусого капитана звучали веско. Сразу было понятно, этот слов на ветер бросать не будет. – Медленно вытащи клинок и положи на землю. Нож, если, есть – тоже.

Соболь и хотел сделать именно это – пока пропадать в безвыигрышной схватке резона не было. Все-таки, как ни крути, он пока, кроме побега от стражи, ничего противозаконного не натворил. Как только он положил саблю на землю и похлопал руками по поясу, показывая, что больше оружия нет, к нему побежали двое. Мгновенно, десятки раз отработанным движением, заломили руки назад и стянули тонким сыромятным ремнем.

Для толпы, собравшейся вокруг ради зрелища, он сразу стал пострадавшим – люди сочувствовали, пожилая торговка даже слезу пустила – за что же такого молоденького? Тех, кто, радовался и кричал, что поймали вора, оказалось совсем немного. Но Соболь не обольщался, он был хоть и молод, но уже научен жизнью – настроение толпы может измениться в любой момент. И те люди, что сейчас жалели его, через пять минут могут кричать, чтобы его отправили на костер.

Острые мозги и способность к анализу, не раз помогали ему и в горах, и в этом путешествии. Он не знал, что человек, которого он звал Корад Славуд, заметил в нем это и, именно, эти черты, а не его умение стрелять из лука, сила и выносливость, стали главными поводами для приглашения.

— Лошадь обиходьте! – крикнул Радан, когда его повели с площади. – Она-тони в чем не виновата.

— Заберем, не переживай, – ответил все тот же седоусый капитан. Соболю показалось, что он услышал в его голосе скрытое одобрение.

* * *

Радан ожидал, что его отведут в кутузку городской стражи, где собирали задержанных со всего города, и держали в ожидании решения старшины городской стражи. Однако, его повели сразу в городскую тюрьму, он понял это из разговоров стражников, бредущих вокруг. Пока они шли погода испортилась – небо затянулось и заморосил мелкий противный дождик. Как это бывает осенью, теплый день мгновенно превратился в холодный, казалось, даже руки начали мерзнуть. Стражники вполголоса ругались, поглядывая на покрытых плащами всадников–офицеров. Камеры городской стражи были гораздо ближе, и некоторые откровенно роптали, что этот пацан мог бы посидеть, ожидая своей участи и там.

Капитан слушал все это, не меняя выражения лица, но потом, ему это надоело, и он прикрикнул:

— Вы забыли, за что мы его взяли? Так что помалкивайте, здесь государственной изменой пахнет.

При этих словах Соболь сразу пожалел, что не попытался еще раз сбежать. Изменников в Королевстве он уже видел. Даже два раза. И оба раза на деревьях, что стояли на развилках дорог. В обоих случаях на трупах висела деревянная дощечка с лаконичной надписью – изменник.

После всех положенных процедур – обыска, изъятия ремня и даже осмотра лекаря, меланхолично заглянувшего Соболю в глаза и в рот, его завели в камеру, явно рассчитанную на несколько человек – на полу у дальней стены, лежали в ряд шесть соломенных тюфяков. Вместо двери в обычном понимании была дверь из грубой кованной решетки. Огромный замок, похоже, сделанный в той же кузнице, что и решетка громко щелкнул, когда мощный толстошеий охранник провернул ключ.