Книга Блуждающий дух. Ветра прерий, страница 207 – Татьяна Кагорлицкая

Рот Ральфа превратился в тонкую полоску. Капитана обуревали мрачные предчувствия.

— Верно. Но и мирные переговоры… мы не вели уже давно.

Ривз едва различимо буркнул:

— Конечно, кто считает себя выше других, тот разговаривает на языке силы.

Лейн обернулся к маршалу, намереваясь резко ответить, но порыв тут же сошёл на нет. Бедственное положение колонии говорило само за себя: решение поступать с местными племенами беспощадно оказалось опрометчивым, даже разрушительным, и теперь Ральфу оставалось лишь пожинать плоды своей безрассудной жестокости. Поскольку признавать ошибки перед едва знакомыми людьми он был не готов, то сказал лишь:

— Сделанного не отменить, что толку рассуждать об этом.

— Тогда порассуждаем о том, как проникнуть в индейскую деревеньку незамеченными и разведать, где они держат мисс Эймс, – вставил Джереми с ухмылкой, которая не затрагивала сосредоточенных глаз.

Куана, ловивший каждый звук, поднял ладонь.

— Тише… – Он весь обратился в слух, и перебрасывание пустыми фразами его отвлекало. Сейчас индеец походил на зверя, затаившегося в чаще. Природа говорила с ним: в шорохе травы, в дуновении ветра, в перекличке птиц – во всём он искал ответы. – Они уже рядом.

«Кого он имеет в виду?» – Не успела Джейн задать этот вопрос, как листва расступилась и перед отрядом возник высокий смуглый мужчина в набедренной повязке, державший в руке массивное копьё. Он обвёл собравшихся хмурым взглядом, не обещающим ничего хорошего.

«Вождь! Мантео… – Джейн видела его однажды, когда секотан пришли к переселенцам с дарами.

Тогда надежда построить с племенем мирные отношения ещё не рухнула под натиском жестоких деяний колонистов, ещё не сгорела в пламени, уничтожившем хижины индейцев. – Есть ли шанс, что он выслушает нас теперь?..»

Мантео задержал взгляд на Куане. Тот слегка наклонил голову в почтительном приветствии. За спиной вождя выросли другие воины племени, все как один с копьями и мрачно сдвинутыми бровями. Их вид говорил о том, что они не настроены разговаривать мирно. Объясняться с туземцами даже в первые дни, до столкновений, было нелегко: колонисты по большей части обходились мимикой и языком жестов, теперь секотан и вовсе не стремились понять чужаков. Оставался шанс, что у Куаны получится лучше, только он отчего-то не спешил заводить беседу. Ральф тоже не ведал, с чего начать. В чёрных глазах Мантео он видел лишь ненависть и признавал, что заслужил её. Тогда шаг вперёд всё же сделал Куана. Приложив ладонь к сердцу, он затем раскрыл её, протянув к вождю. Жест говорил сам за себя, демонстрируя отсутствие злых намерений. Индеец среди бледнолицых вызывал у Мантео и настороженность, и любопытство. Подумав немного, вождь кивнул ему.

— Ты говорить.

— Куана, ты ведь не знаешь их язык? – шепнула Джейн, спохватившись.

— Да, мы едва ли поймём друг друга.

На всякий случай он произнёс несколько слов на команчском в слабой надежде нащупать общие корни. На лице вождя не отразилось узнавания: он всё так же недоверчиво взирал на переговорщиков.

Куане пришлось перейти на жесты. Он сумел с помощью небольшой сценки объяснить, какова их цель, но Мантео лишь недобро усмехнулся, когда стало очевидно, о чём просят чужаки.

— Не вернуть.

Потеряв терпение, Ральф подступил к вождю, не обращая внимания на сердитые окрики индейских воинов.