Книга Блуждающий дух. По следам Золотого Змея, страница 243 – Татьяна Кагорлицкая

— Спасибо, мистер Финчли, – проговорил колонист. – Если бы вы не отвлекли Быка, мы бы так и не опомнились, дали бы загубить себя.

— Давайте-ка ходу! – Мередит подобрала юбки. – Этот верзила вряд ли долго проваляется без чувств.

— Вы оба мелковатые камни выбрали, тут нужен целый булыжник! – ввернул Нед.

Ситуация совершенно не располагала к этому, но губы Бенджамина дрогнули в слабой улыбке.

— Пойдёмте с нами, в салун: там осталось оружие, да и укрыться можно.

Эдвин мотнул головой.

— Нам в другую сторону надо. Я видел, куда мистер Симмонс подался, попробуем за ним…

— Тогда удачи вам, – коротко кивнул Бенджамин.

— И вам, – эхом откликнулись Эдвин и Нед.

Тем временем в другой части поселения Карла разыскивала Аски. Мередит и Бенджамин ей не встретились, с Чони она тоже разминулась, но уехать, бросив на произвол судьбы ребёнка, себе не позволила.

— Аски! Аски! – безуспешно звала Карла.

Здесь было куда тише, чем на арене. Эпицентр драки остался позади. Карла спешилась.

— Подожди меня здесь, Бурбон, я проверю дома. Может, Аски спрятался где-то внутри…

Мустанг недовольно мотнул головой, будто предостерегая её. Она слишком торопилась и не обратила на это внимания.

— Помогите! – неожиданно послышался тоненький жалкий голосок. Раньше Гутьеррес непременно насторожилась бы и не ринулась на помощь без оглядки, но Долина Смерти измучила её. Охотница сильно сдала, пусть и пыталась храбриться до последнего. Сейчас она думала только о том, как поскорее вытащить из этого проклятого места Аски, поэтому забыла об осторожности. «Звук шёл из дома лекаря…» – Карла, сжав револьвер, зашла в хижину. Перед ней предстал Аски, забившийся в угол кровати, а в него целился Нокоат.

— Где ты прячешь слитки? – допытывался кикапу. – Ты самый юркий, я знаю, что ты пробрался в самые дальние коридоры шахты!

«Нокоат помешался на золоте, не соображает, что творит, – промелькнуло в мыслях у Карлы. Она не считала трусливого индейца серьёзным врагом, не сомневаясь, что одного выстрела хватит, нужно лишь найти верную траекторию, чтобы пуля не задела мальчика. Но не успела Гутьеррес сделать шаг, как Нокоат, неожиданно развернувшись, резким движением повалил её на землю, с остервенением впиваясь в горло, а другой рукой выкручивая револьвер.

— Что, думала, я не слышал, как ты вошла? – его голос сочился ядом и ненавистью. Нокоат не мог простить Карле её свободолюбие и бесстрашие. Даже в пору верного служения Норрингтону она не стелилась перед ним, беспрекословно выполняла приказы не из страха, а в надежде разыскать отца. Завистливая душа Нокоата ныла, ведь ему никогда не удавалось преодолеть трусость. А ещё он боялся охотницу. Карла всегда действовала без полутонов, сражалась как тигрица, не на жизнь, а на смерть. Даже сейчас, хотя рослый индеец превосходил её в силе многократно, она отчаянно вырывалась, не желая сдаваться. Нокоат воспользовался шансом избавиться от женщины, ставшей бельмом на глазу, и сжимал её горло всё сильнее и сильнее. Карла лягалась и сопротивлялась, но доступ воздуха был перекрыт. С каждой секундой она слабела – перед глазами всё поплыло. Разум постепенно затуманивался: слышалось, как мама ласково напевает себе под нос, как зовёт отец, вернувшийся с охоты. Её пальцы разжались, револьвер выпал. Она уже не видела, как Аски пытается подползти на помощь, как Чони, ворвавшаяся в дом, разъярённой фурией мчится к Нокоату.