Книга Меч света, страница 186 – ГоЛеон

Позавтракав и немного поразмыслив над случившемся на совете, мы решили выйти прогуляться. Тем более что в этот день в городе проходил один из праздников аэр’наир. Эльриана мельком упомянула его еще вчера: «Рассвет ветра» – так его называли. И если сам город уже был похож на цветущий сад в облаках, то сегодня он превратился в настоящий водопад красок и звуков.

По переплетениям ветвей между домами и террасами были развешаны сотни ленточек и парящих тканевых шаров, украшенных перьями и бисером. Орлы – как взрослые, так и молодежь – нарядились в праздничные накидки с вышивкой. Многие расписывали себе перья яркими узорами – в знак свободы, полета и красоты.

На одном из уровней, ближе к центру дерева, нас привлек импровизированный театр. Арена, окруженная изогнутыми ветвями, стала сценой для представления. Двое орлов в легких бело-синих одеждах – юноша и девушка – танцевали прямо в воздухе. Они парили, скользили, кружились, двигаясь так синхронно и нежно, что возникало ощущение, будто они два крыла одной птицы. Все сопровождалось живой музыкой – тонкие струны, легкие удары барабана и звуки, похожие на шелест ветра в кроне.

— Это красиво, – завороженно пробормотала Сиана.

Даже Донис, обычно скептически настроенный к «красивостям», стоял молча, будто и сам боялся спугнуть волшебство мгновения.

Следующие два дня прошли в тишине и спокойствии. Местные не проявляли к нам ни враждебности, ни особой дружбы, разве что сдержанный интерес. Но за это время мы увидели много увлекательного.

Нам даже удалось попасть на учения элитной стражи. И признаться, мне бы не хотелось встретиться с ними в бою. В воинах сочетались скорость, сила и поразительное умение управлять кинетической энергией. Во время их спарринга я заметил руны: одни были нанесены прямо на перья, другие – на кожу. В бою они вспыхивали поочередно, и тогда воин либо проводил мощную комбоатаку с выбросом силы в финале, либо уходил в глухую, почти непроницаемую защиту. Как я узнал позже, такие руны можно получить, только достигнув определенного мастерства, а наносит их рунный мастер, один из самых уважаемых ремесленников древа.

Мы побывали в местной больнице, если это слово вообще подходит. Скорее, это лавка зелий, уставленная склянками с отварами и экстрактами. Но хозяйка с гордостью назвала свое заведение местом, где «лечат хворь». Впрочем, сейчас оно больше было похоже на детский сад: десятки крошечных птенцов толпились у стоек, прохаживались между полками или принимали какие‐то процедуры под присмотром орлиных наставниц.

К концу второго дня, вернувшись в наше временное жилище (назвать его дуплом язык не поворачивался – слишком оно было просторным и обустроенным), мы обнаружили неожиданный сюрприз. Нас уже ждала Эльриана собственной персоной.

— Чем обязаны? – Я решил не тратить время на любезности. Они с нами тоже не особо церемонились.

— Я понимаю ваше недоверие. И даже злость. – Ее голос звучал спокойно, без тени обиды. Каждое слово она словно взвешивала, придавая ему особый смысл. – Но так мы живем уже тысячи лет. Отгороженные от внешнего мира, укрытые от его бурь. Вся наша вера основана на одном: чем меньше мы трогаем мир, тем меньше он трогает нас. Но теперь, когда над миром нависла такая угроза, я просто обязана что‐то предпринять. Судьба моего народа, как, впрочем, и всего мира, теперь связана с успехом вашей миссии.