Книга Меч света, страница 167 – ГоЛеон

Я подошел ближе:

— Время идет. Через полтора часа новый гудок. Значит, через час выходим.

И каждый по-своему кивнул. Не потому, что был готов. А потому, что готовым не станешь, но идти все равно надо.

Все приготовления завершились. Каждый инструмент лежал на своем месте. Каждая руна светилась ровно. Каждый зуб капкана был наточен. Оставалось только ждать. А это самое сложное.

Сиана сидела у очага и, не поднимая головы, перебирала какие‐то сушеные цветы. Без смысла. Без цели. Просто чтобы руки были заняты. Иногда она бросала взгляд на Эйрика, короткий, как иголка. Он стоял опершись о стену. Без шлема, без оружия. Просто стоял. Его ледяная половина отливала серебром в пламени костра, теплая – была погружена в себя.

Киса спала, свернувшись калачиком, но одно ухо все время дергалось. Ласка сидела у выхода, смотрела в темноту. Она считала удары времени.

Гёте что‐то ворчал себе под нос, перебирая зелья. Он знал, что перебирает их уже в десятый раз, но все равно продолжал, потому что иначе пришлось бы думать.

Линель сидела в отдалении, почти в тени. Она медленно водила пальцем по изгибу своего клинка, будто вспоминала все, чему ее научили. Иногда она смотрела на меня. Но ничего не говорила. Слов больше не осталось. И они были бы лишними.

Я сидел ближе всех к выходу. Видел, как колышется в проходе воздух, будто само ущелье дышит. Тихо. Размеренно. Оно чует нас.

«Этот час, – подумал я, – как острие ножа. С одной стороны – те, кто мы есть. С другой – кем станем позже».

Я вспомнил свою первую ночь в этом мире. Как искал смысл, не понимая, зачем я здесь. А теперь я сижу с друзьями – с теми, кого не выбирал, но кто стал моей стаей, – смотрю в темноту и знаю, что через час мы бросим вызов самой смерти.

— Эйрик? – Сиана подошла тихо, почти неслышно.

Он повернул голову. Она смотрела на него, но глаза не искали ответа. Они просто хотели увидеть, что он еще тут.

— Все будет хорошо, – сказал Эйрик. Не потому, что верил. А потому, что это был наш единственный выбор.

— Знаю, – кивнула она.

Мы стояли у выхода из пещеры. Решили: Сиана остается. Боец из нее, откровенно говоря, так себе, а таскать за собой в разгар боя того, кого надо защищать, – удовольствие сомнительное.

План был прост. Мы выходим на бой, и когда до гудка останутся считаные минуты, Донис убивает Эйрика. Так решили: пусть это сделает профессионал, особенно в своей демонической ипостаси, после боевой трансформации. Быстро. Максимально безболезненно.

В любом случае это куда лучше, чем отдавать его на растерзание стае. Ведь если по какой‐либо причине его не убьют, если произойдет смещение, Вождь не явится, – его смерть будет напрасной.

Я покопался в инвентаре и выудил оттуда кольцо второго шанса – то самое, что выпало с медведя, убитого отрядом барона Понто.

— Вот, Эйрик, возьми, – протянул я кольцо. – Сам ни разу не использовал. Не знаю, что будет после… или во время воскрешения. Но надеюсь, что мы еще поговорим.

Эйрик молча взял кольцо и надел его на палец. По лицу было видно: он готов к смерти. Маленькая надежда в виде кольца была скорее для нас, чем для него.

Нам все еще требовалось немного времени на установку ловушки, но настрой в отряде был удивительно спокойным, даже, пожалуй, позитивным.