Книга Волков: Мне нельзя тебя любить, страница 13 – Яна Марс

— Я дура, — сказала Алиса тихо. — Думала, он изменится. Думала, если не буду спорить, а соглашаться — все будет как раньше. А он... он просто пользовался! И вчера, когда я увидела этот засос... я поняла, что больше не могу. Я не вернусь, пап. Ни за что.

Тигран

Тигран вышел из спортивного клуба, вечерняя Москва ударила в лицо выхлопными газами, влажной духотой и гулом проспекта. Он остановился на секунду, запрокинул голову, глядя на темнеющее небо между стеклянными башнями, и глубоко вдохнул. После двух часов скалодрома мышцы приятно ныли, голова была чистой, а в теле чувствовалась та самая собранность, которая позволяла работать сутками.

Он кинул спортивную сумку на заднее сиденье машины, сел за руль, завел двигатель. Навигатор уже проложил маршрут до родительской квартиры на Патриарших. Тигран посмотрел на экран, поморщился. Час в пробке, если повезет. Полтора — если нет.

Он нажал на газ, вливаясь в поток, и включил громкую связь.

— Стас, — сказал он, когда трубку взяли. — Передай нашим — я сегодня на семейном ужине, поэтому оперативно ответить не смогу.

— Понял, — ответил голос Стаса, его зам по разработке. — Там по сертификации безопасности пришло письмо...

— Скинь, гляну, если будет минута.

— Окей.

Тигран отключился и уставился на дорогу. Пробка была мертвая — сплошные красные огни стоп-сигналов. Он барабанил пальцами по рулю, считая про себя до ста, чтобы не психовать. Помогало всегда.

Родительский дом он не любил с детства. Слишком много пафоса, слишком много чужих людей, слишком много правил. Мама — вечно идеальная, с укладкой и макияжем, даже когда просто пьет кофе по утрам. Отец — вечно занятой, говорящий по телефону, смотрящий сквозь тебя. Даже сестра стала идеальной Волковой — любимица поклонников, ивезда интерена. Вечно в телефоне, в кадре, в поисках лайков. Тигран среди них чувствовал себя паршивой овцой.

Потому и чувствовал себя в этой квартире чужим. Даже в своей комнате, которую мама обставила с дизайнером так, что там невозможно было дышать.

Он въехал во двор, припарковался на гостевом месте, взял рюкзак и направился к зданию. В зеркальном лифте рассматривал свое отражение — мама наверняка скажет, что неопрятный: в черной футболке и темных джинсах, с легкой небритостью и темными кругами под глазами от недосыпа. На левом предплечье из-под короткого рукава выглядывал край татуировки — геометричный шифр, который он сам придумал когда-то.

Дойдя до квартиры и открыв дверь, Тигран шагнул внутрь и замер.

В прихожей было не протолкнуться. Какие-то люди с кабелями, девушка с планшетом, мужчина с софитом. Помощница мамы суетилась с подносами. Из кухни доносился запах будто из ресторана, и слышалась чужая речь — повар, судя по акценту, явно не из их региона.

— Тигран! — мама выплыла из гостиной, сияя безупречной улыбкой. На ней было темно-синее платье с идеально сидящим жакетом, волосы уложены волной, губы накрашены яркой помадой. — Наконец-то! Мы тебя заждались.

— Что происходит? — спросил Тигран, не двигаясь с места.

— Как что? — мама удивилась так, будто он спросил, зачем вообще нужен воздух. — Сегодня у нас интервью. Для журнала "Столичный стиль". Тема — "Семейные ценности и бизнес". Мы же договаривались!

— Я — нет, — Тигран почувствовал, как внутри закипает глухое раздражение. — Я не договаривался.