Книга Сквозь предательство к тебе, страница 9 – Аврора Ланская

«Макроскопическое описание... Микроскопическое описание... Высокая митотическая активность...»

Мой взгляд лихорадочно бегал по строчкам, выхватывая самые страшные маркеры.

«Атипичные клетки... Инвазивный рост...»

Нет. Нет-нет-нет. Только не это.

Я прокрутила страницу вниз, к самому главному. К заключению.

«Заключение: Гепатоцеллюлярная карцинома. G3 (низкодифференцированная). Признаки сосудистой инвазии».

Телефон выпал из моих ослабевших рук и шлепнулся прямо в грязную лужу.

Рак.

Агрессивный, быстрорастущий рак печени. Низкодифференцированная опухоль означает, что клетки мутировали настолько, что множатся с бешеной скоростью. Сосудистая инвазия означает, что метастазы уже могут быть где угодно.

Сколько мне осталось? Полгода? Месяц?

Я врач. Я прекрасно знаю эту статистику. Я видела таких пациентов. Желтая кожа, впалые глаза, адские боли, которые не снимает даже морфин. Медленное, мучительное угасание в пропахшей лекарствами палате.

Без шансов на операцию в обычной клинике. Без шансов дождаться легальной квоты на пересадку.

Мир вокруг меня перестал существовать. Шум дождя стих. Гудки машин растворились в вязком тумане.

Осталась только я и осознание моей скорой, неизбежной смерти.

Вселенная решила добить меня окончательно. Мало было забрать у меня мужа. Мало было отнять семью, дом и веру в людей. Она решила забрать у меня саму жизнь.

За что?!

Я подняла лицо к черному, плачущему небу.

— За что?! — закричала я в пустоту, срывая голос. — Что я вам всем сделала?!

Я спасала алкоголиков с ножевыми ранениями. Я вытаскивала с того света наркоманов. Я лечила детей таких вот стерв, как моя сестра. Я отдавала всю себя, без остатка! Почему я сижу здесь, под дождем, без дома, без семьи, с билетом на тот свет в кармане, а они... они греются в шикарном пентхаусе, купленном на мою кровь?!

Истерика накрыла меня с головой. Я обхватила себя руками, раскачиваясь из стороны в сторону, и зарыдала. Громко, страшно, не скрывая своего уродливого отчаяния.

Я проиграла. Жизнь кончена.

Опухоль сожрет меня изнутри, а мои "родственники" даже не придут на похороны. Они вздохнут с облегчением. Ведь теперь им не придется делить со мной имущество.

Я опустила голову на колени, желая только одного: чтобы прямо сейчас у меня остановилось сердце. Чтобы не проходить через эту агонию. Чтобы просто уснуть здесь, на мокром асфальте, и больше никогда не просыпаться.

Яркий, слепящий свет ударил мне в лицо.

Я зажмурилась, прикрывая глаза рукой. Прямо передо мной, обдав мои ноги ледяной водой из лужи, резко затормозил огромный, черный внедорожник.

Сквозь шум дождя я услышала, как хлопнула тяжелая автомобильная дверь.

Я не пошевелилась. Мне было все равно. Пусть это будут грабители. Пусть это будут маньяки. Пусть они просто убьют меня и закончат мои мучения.

Тяжелые шаги по асфальту. Кто-то подошел вплотную ко мне.

Надо мной нависла высокая, широкая мужская тень, закрывая собой свет фар и летящие капли дождя.

— Поднимайся, — раздался сверху низкий, бархатный, до боли знакомый голос с легкой, едва уловимой хрипотцой.

Мое сердце остановилось.

А затем сделало безумный, невозможный кульбит и забилось в самом горле.

Этот голос.

Я не слышала его пять лет. Пять долгих, мучительных лет, с тех пор как стояла у закрытого гроба на городском кладбище.