Книга Семья на время. Версия 2.0, страница 31 – Рина Фиори

Лиля спит сладко, и я укладываюсь рядом с ней. Ни капли не жалею о том, что оказалась беременной на момент нашего с мужем расставания, но теперь от мысли о том, что моя девочка могла оказаться больна, становится не по себе.

В такие моменты начинаешь ещё сильнее ценить то, что имеешь.

Наутро снова встаю пораньше, чтобы приготовить для дочери завтрак.

В холодильнике нахожу творог и вместо каши принимаю решение сделать сырники. Лиля их обожает, почему бы и нет?

Пока вожусь с тестом, слышу, как кто-то идёт по коридору и принимается шуршать в ванной.

Наверняка это Роберт, да и шаги тяжёлые, мужские. Но на всякий случай иду проверить, а вдруг Лиля тоже спустилась?

Возле ванной обнаруживаю, что дверь приоткрыта. Заглядываю внутрь и вижу, что там всё-таки Роб. Стоит посреди ванной с голым торсом, в одних домашних брюках, и задумчиво смотрит на зубную щётку в своих руках.

Лилину зубную щётку.

В руках у Роберта щётка моей дочурки. Моей Лилечки. Причём, её саму поблизости не видно, а значит, вариант, что мужчина решил помочь малышке с чисткой зубов, отпадает.

И в голову приходят самые ужасные варианты, которых, впрочем, не так много.

Самый первый — Роб хочет сделать тест ДНК. Уверена, недоволен, что не стала вчера отвечать на его прямой вопрос, и решил действовать за моей спиной.

Ну, я ему сейчас…

Хочу возмутиться, однако неожиданно раздаётся звонок в дверь.

Вздрагиваю, дёргаюсь в сторону и случайно задеваю стоящую на комоде декоративную фигурку.

Та с грохотом падает на пол, ударяется о паркет, но к счастью, остаётся целой.

Зато внимание Роберта сразу же обращается на меня. Замечаю, как мужчина воровато прячет щётку за спину.

— Кого принесло? — бурчит себе под нос и выходит из ванной.

— Стой! — дёргаю его за руку. — Щётка Лили тебе зачем?

Роберт не отвечает.

— Я открою с твоего позволения? — нагло переводит тему и направляется в прихожую.

У меня от шока дар речи пропадает. Смотрю в спину мужа. Бывшего или настоящего — плевать!

Меня тянет пойти следом и устроить разборки, но из прихожей неожиданно доносится голос свёкра.

Штерн старший явился?

Его только здесь не хватало.

Не имею ни малейшего желания видеться с этим человеком, поэтому разворачиваюсь и возвращаюсь на кухню. У меня так сырники, вообще-то.

А по поводу щётки мы с Робертом потом поговорим.

Забываю прикрыть за собой дверь, поэтому невольно слышу обрывки разговора мужчин.

Роберта не слышно особо, он говорит приглушённо, почти шёпотом.

Не хочет, чтобы я слышала?

Мне всё равно.

— Ты что удумал, щёнок? — рычит недовольно Герман Владимирович.

— Не смей повышать голос, у меня ребёнок в доме. Ты её напугаешь, — Роб делает замечание отцу.

Неожиданно…

Я плохо подумала о мужчине, а он заботится о том, чтобы Лилю не напугать.

А вот Штерна старшего я никогда не могла понять. Почему столько в нём пренебрежения и даже ненависти к родному сыну?

Неужели только потому, что внешне Роб на него не похож?

Я вот тоже на маму не похожа, поэтому любимого сыночка она чуть ли ни на руках носит в тридцать, а мне посоветовала сделать аборт.

Это так глупо, когда родители предвзяты, но, к сожалению, в жизни подобное встречается.

— Ты поселил у себя свою потаскушку с её соплячкой? — ещё громче произносит Герман.

Меня бросает в жар, а Роб почему-то больше ничего не говорит.