Книга Детектив с небес, страница 115 – Ли Тонвон

— Он сказал ни о чем не беспокоиться и велел отсидеться на даче, мол, сам все уладит.

Не отрывая глаз от пастора, Пан Урин продолжал:

— Честно. До появления полицейских, приехавших меня арестовать, я безвылазно сидел в коттедже. И в ту ночлежку, где случился пожар, даже носа не казал.

— А староста ночлежки засвидетельствовал, что видел тебя до пожара.

— Это был не я!

— Тогда кто?

Пан Урин умолк. Он знал. Но язык не поворачивался произнести имя вслух, будто это было какое-то богохульство…

— Похоже, профессор поехал туда, прихватив мои вещи…

— Что это была за одежда?

— Черные бейсболка и куртка, а еще джинсы и кроссовки.

Пастор припомнил одежду юноши, что горела тогда в баке у Ян Чэика.

— Я не понимаю, ведь профессор – тот, кто подарил мне жизнь…

Было видно, что Пан Урин, даже усомнившись в профессоре головой, сердцем все еще не мог принять случившегося…

— Мое скромное жилище, конечно, не сравнится с хоромами профессора Ян Чэика, но ты здесь можешь пожить. А в остальном доверься мне.

— А что можно сделать?

— По-моему, существует вероятность, что Ян Чэик и Ли Сынчхиль сговорились. Если получится доказать их связь, это поможет снять с тебя ложные обвинения.

— Вы сможете сделать это в одиночку?

— Я не один. Мне поможет мой друг – следователь Сон, – улыбкой успокоил юношу пастор.

Однако, получив на следующий день сообщение из церковной общины, пастор понял, что Йохан сейчас не в состоянии кому-либо помочь. Он оказался в западне, и ему самому требовалась помощь.

Радостная новость! Пастор Соль Канхун отпущен на свободу за нехваткой доказательств. Господь услышал наши молитвы и открыл двери тюрьмы. И мы не остановимся на достигнутом – спросим полной мерой с бесчестного полицейского Сон Йохана, арестовавшего неповинного пастора Соля. Благодарим вас за молитвенную поддержку и просим и впредь внимательно следить за происходящим.

2

— Кто решил надавить? – громогласно допытывался Йохан.

— Не горячись, – опуская жалюзи, словно отгораживаясь от посторонних глаз, попытался успокоить его шеф.

— Это прокуратура замяла дело?

— Ты же знаешь, кто за это отвечает. Ли Ханхо на такое не пошел бы…

— Тогда почему до него не дозвониться?

— Скорее всего, сейчас он на пути в какую-нибудь тьмутаракань.

— Это еще почему?

— Погнали его. Теперь понял, откуда ноги растут? Не знаю, кто надавил, но за отказ все это прикрыть его и погнали в шею!

— …

— Тебе нынче не о других думать надо! Стоит моргнуть – и сам невесть в какой дыре окажешься…

— Я справедливость восстановил, вытащив из камеры невиновного, а меня в расход? Неужто вы верите в невиновность Соль Канхуна?

— Я знаю, что дело дрянь!

— …

— И знаю, за кого ты меня держишь, типа, плюгавый полицай, палец о палец не ударит, глядя на явную несправедливость… Знаю твое презрение – и ты прав. Не становись таким, как я!

— Шеф…

— Я не был таким с самого начала. У меня тоже когда-то был твой пыл, я горел справедливостью, как ты сейчас. Ты меня поэтому раздражал своей упертостью и правдоискательством – всегда тебе больше всех надо! Я думал, в конце концов и тебя жизнь поменяет: но нет, ты все такой же – без тормозов.

В день рейда в загородный дом, где прятался Пан Урин, шеф видел, как Йохан бесстрашно бросился вперед, несмотря на обстрел.