Книга Раз попаданец, два попаданец, страница 50 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Обещание я сдержала. Он подвел меня ко входу, а сам скрылся внутри. Я стояла и слушала звуки, доносящиеся из конюшни, — лошадиное фырканье, негромкое ржание, перестук копыт. Вообще, странно это. Я, конечно, еще путаюсь в плане, но точно помню, что лошади содержались совершенно в другом месте, у самых ворот.

Отвлекшись, я не сразу услышала, как Лоу вернулся.

— Эй, Милана, — позвал он. — Обернись.

Я послушалась, мысленно готовясь обрушить на него всю свою ярость.

Лоуренс стоял неподалеку, сжимая в руке поводья. Конь рядом с ним всхрапнул, нетерпеливо пристукнул копытом и вышел на свет.

О, что это был за конь!

Снежно-белый, как платье невесты, стройный и гибкий, длинноногий и с такой роскошной шелковистой гривой, что ее сразу захотелось погладить.

— Подойди, — велел Лоуренс, и я несмело приблизилась. Белогривый красавец тоже сделал пару шажков мне навстречу и развернул крылья. Нет, я не ошиблась. Нет, мне не показалось. Да, ночью в окне я видела именно это.

Они были огромными, эти крылья. Похожие на птичьи, с белым оперением и трогательным пушком у основания. Мамочки мои, да это же…

— Это пегас?!

На мой вопль пегас отреагировал адекватно, даже ухом не дернул.

— Да. Я подумал, что в виварии теоретиков ты еще не бывала. К тому же с твоим страхом лошадей нужно что-то делать. — Лоуренс достал из кармана яблоко и протянул мне. — Покорми его, им такое нравится.

— Нет, подожди, — я еще не пришла в себя. — Это правда настоящий пегас? Крылатый конь из греческих мифов? Который живет на горе Парнас и зажигает с музами?

— Не знаю я, что это за Парнас. — Лоу погладил конягу по морде, — но пегас настоящий. У вас такие есть? В твоем мире.

Я покачала головой:

— Нет. У нас ничего нет. Магии, я имею в виду.

— Да ну? — Парень удивился. — Совсем ни капельки? Даже такой убогой, как у нас?

— Вообще никакой, — грустно подтвердила я. Звучало на самом деле довольно печально. — А как его зовут?

Пегас радостно схрумкал протянутое мной яблоко и ткнулся бархатными губами в ладонь.

— Не знаю. Можешь сама придумать имя.

Пока я умилялась, Лоуренс оказался совсем близко, наши ладони соприкоснулись, когда мы оба погладили лощеный лошадиный бок.

— Милана, — голос парня приглушенно прозвучал почти над ухом.

Я повернула голову и угодила прямо в его объятия. В опустившихся сумерках все казалось немного нереальным, даже теплые руки, сомкнувшиеся вокруг меня, словно принадлежали ожившему сновидению. Я была не в силах отвести взгляд, опустить голову. Наши с Лоуренсом губы были так близки, что неровное дыхание, срывающееся с них, перемешивалось. Мои ладони уперлись ему в грудь.

— Милана, — повторил он мягко, томно, как заклинание. И, наклонившись, поцеловал меня.

Пегас, закат, поцелуй. Все пронеслось в моей голове, и я будто очнулась. Рванулась, в попытке оттолкнуть парня, и чудом не свалилась на землю. Хотя не чудом — его руки продолжали поддерживать мою спину и совсем не собирались отпускать. И тут я ощутила самый настоящий ужас, сравнимый с тем, который охватил меня при первой встрече с Джастином в библиотеке. Когда пришло понимание, что любой неверный шаг может стоить мне жизни или как минимум шанса вернуться домой, что почти равносильно.

Я испугалась Лоуренса. Неосознанно, до дрожи в коленях, но от этого не менее абсурдно. Испугаться одного из немногих, кому можно было довериться!