Книга Серебряный змей в корнях сосны 4, страница 120 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Хорошо, не пойду, не пойду, – пообещал Хироюки и потрепал Ясухиро по волосам, тот смешно сморщился и попытался уклониться, но Хироюки-то знал, что ему нравится.

Но только наступила ночь, как он засобирался в дорогу.

Если удастся убить дикого оками и принести его труп старосте деревни, может, им с братом помогут. Много им не надо – только бы еды, чтобы продержаться до весны, и, может, еще одно одеяло для Ясухиро. Умереть Хироюки не боялся. Он верил, что боги всенепременно будут на его стороне, ведь он защищает свою семью. Отец научил двигаться по лесу тихо, быть внимательным и осторожным. Топор в руке не дрогнет, когда придет время.

Он старался обходить заснеженные участки, чтобы не скрипеть, не задевал лишний раз раскидистых ветвей. И пусть без фонаря зрение его было ограничено, Хироюки обладал поистине звериным чутьем и вскоре ощутил нечто особенное – оно называлось осорэ. Вокруг ёкаев порой собиралось невидимое глазу облако, что вызывало у людей страх и трепет. Ладони вспотели, но Хироюки упорно двигался вперед, пока не услышал рычание. Он хотел ударить энергией ки не ожидающего нападения оками и добить топором.

Но ничего не получилось.

Хироюки защитили инстинкты. Он отпрыгнул назад, ударился о ветку затылком, и это спасло его от оскаленной пасти волка-оборотня. Топор чудом не выпал из руки, и Хироюки, не глядя, замахнулся. Горячее влажное дыхание обожгло щеку, в темноте густого леса мелькнули смазанными красными точками звериные глаза. Удар – и Хироюки уже на спине, топора нет, и небо над головой, едва проглядывающее сквозь мохнатые кроны елей, расплывается в паре его частого дыхания.

Рычание оками совсем рядом, но ёкай не спешит рвать несостоявшегося охотника на куски. Хироюки медленно сел, огляделся и не увидел его, только следы на земле. Пахло кровью – кажется, по шее сзади текло. Он начал вставать, но тут на спину навалилась тяжесть, клыки щелкнули рядом с ухом, нос забила смрадная вонь. Хироюки впервые ощутил такой жуткий страх смерти, что ки наконец откликнулась, и оками с жалобным визгом отпрыгнул, поджимая лапу. Хироюки вскочил, бешено огляделся и увидел вместо одного волка – двух. Они кружили вокруг него, оценивая издали, принюхиваясь. Хироюки становилось то жарко, то холодно, спина болела, голова после столкновения с веткой кружилась. Но то, как один из оками поднялся на задние лапы, задрал морду и завыл, видел предельно ясно. Зловещий вой разнесся по всему лесу, и Хироюки чувствовал – это его последние мгновения. Он рухнул на колени, взгляд вдруг упал на рукоять топора, торчащую из прошлогодней хвои. Хироюки метнулся к нему и только поэтому не понял, что именно произошло. Просто в один момент стало светло и горячо, он услышал монотонный голос, читающий незнакомые ему слова, а потом вой прервался.

Хироюки схватил топор, развернулся и вскинул над головой.

— Опусти топор, юноша, – обратился к нему мужчина, вышедший из-за деревьев. Он прошел мимо корчащегося на земле ёкая, придерживая длинные рукава дорожного каригину латунного цвета. При нем не было оружия, но Хироюки чуял, что этот человек по-настоящему опасен.

— Кто ты такой?

— Никакого почтения, – покачал головой незнакомец. – Но я представлюсь, раз уж ты в некотором роде помог мне, юноша. Зови меня Дайкэн, я оммёдзи. Меня пригласили избавить деревню от этой напасти.