Онлайн книга «Серебряный змей в корнях сосны 3»
|
— И правда… весьма сносно, – сдержанно похвалил он. Кента потянулся к его щеке, чтобы убрать грязь, но Хизаши проворно отшатнулся. — Стой спокойно. — Что ты задумал? — У тебя тут, – Кента показал на себе, – пятнышко. Пока Хизаши тер щеку, Кента наблюдал за ним и думал, что не впервые замечает в нем холодное отношение к людям: господину Танаке, к Мадоке Джуну, да и сам Кента получал от него довольно едкие фразы. Но при всем этом Мацумото казался не злодеем под маской благодетели, а диким зверем, ждущим от чужаков только дурного, а оттого кусающим первым. — Давай погуляем еще немного? – предложил Кента. – Я никогда не бывал на таких праздниках с кем-то. — Я… тоже, – признался Хизаши с неохотой и тут же пояснил: – Но лишь потому, что мне вообще не особо интересны фестивали. Толкотня, шум… Он передернул плечами, как бы показывая, насколько ему невыносимо неуютно и скучно здесь, но когда Кента начал водить его от одного прилавка к другому, поглядывал с интересом. Кента сразу его разгадал. Данго быстро закончился, разделенный на двоих, и Хизаши купил им по кулечку золотистых жареных магари[22] из перемолотого риса и маленькие, но очень нежные и вкусные фудзуку[23] с кунжутом и сладким сиропом. Кента больше не отказывался – хотелось попробовать и увидеть как можно больше, а потом описать это в письме домой. Матушка должна знать, что у него все хорошо. Загулялись до часа Быка. Уже отбили восемь ударов, знаменующих его середину, а шум и веселье и не думали смолкать. Скоро обещали конкурс тётинов, а пока участники готовились, простой народ скупал фонарики, чтобы после они защищали их дома весь следующий год, до нового Ониби-мацури. — Давай хотя бы посмотрим? – Кента задержал Хизаши возле одного из прилавков. Ему приглянулся маленький фонарик, формой похожий на тыкву, с золочеными кисточками, желтая бумага расписана цветками лотоса. — А толку? – лениво отозвался Мацумото. – У тебя и дома пока своего нет. Куда ты понесешь этот фонарь? Кента грустно вздохнул. Жестокое напоминание отбило охоту глазеть, и он отошел от прилавка. Незаметно они с Хизаши добрались до темных улочек. Кента оглянулся, и ему показалось, что площадь с ее яркими огнями осталась где-то в другом мире, здесь же было невероятно тихо и темно, лишь впереди что-то едва заметно мерцало. — Куда это мы попали? – спросил он. Хизаши достал веер и постучал им по раскрытой ладони. — Не знаю. — Вернемся? Хизаши не ответил и пошел вперед. Кента не понимал, о чем он думает, поэтому решил за лучшее держаться вместе и догнал его возле источника мерцания. Вблизи оно переливалось оттенками синего, бросая на бледное сосредоточенное лицо Хизаши призрачные отблески, и было похоже на плотную кисею, чуть подрагивающую будто бы на ветру. Кента впервые видел такое явление и протянул руку, но получил болезненный удар веером по запястью. — Будешь трогать все подряд, долго не проживешь, – отчитал его Хизаши. – Не видишь разве, это колдовство. — Оммёдо? — Я сказал оммёдо? Нет, я сказал, это колдовство, а значит, им может оказаться проклятие, чары ёкая или демона, да вообще что угодно. — В деревне оммёдзи тоже считают колдунами. — Главное, не говори это настоящим оммёдзи. Мацумото поводил ладонью над мерцающей стеной, а потом просто шагнул вперед. |