Книга Хенкан. Последний эксперимент, страница 7 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Комната заполнилась людьми, два рослых белокурых шведа внесли корыто и ведра с горячей водой. Генри показалось, что их перенесло лет на двести назад.

Джон по-хозяйски осмотрелся:

— Ну, можете мыться. Если что, я живу за стенкой.

Он подмигнул Сорате и вышел вслед за остальными.

— Кажется, тебя только что пригласили в гости. – Генри пытался обратить ситуацию в шутку, хотя нехорошее предчувствие не давало ему покоя. Перед тем как выйти из комнаты, Кристоф и Фрэд очень странно посмотрели на них обоих.

Сората нервно покосился на комод.

— Может, забаррикадируем дверь?

Генри заставил себя улыбнуться, он тоже заметил, что в двери отсутствовал замок.

— Я покараулю, не волнуйся. Не убьют же они нас?

Сората шутку не оценил, и Генри вскинул руки в примирительном жесте и отвернулся.

— Купайся первым. Я пока вещи разберу.

— А если они маньяки, как в кино? – спросил Сората.

— Тебе меня не напугать.

Вместо ответа Сората активно зашуршал одеждой. Послышался плеск.

— Вода горячая, такое наслаждение!

Воздух от теплых испарений казался густым и вязким, лицо покрылось капельками влаги. Генри чувствовал, как замерзшее тело медленно отогревается, отзываясь на смену температур болезненным покалыванием.

Сората громко булькнул за спиной, и Генри машинально обернулся на звук.

— Все хорошо? – спросил он, но, похоже, это была ложная тревога.

Кимура блаженствовал, раскинув руки, и наслаждался теплом. Из воды торчали красные мокрые плечи, кончики волос намокли и липли к коже.

— М? – лениво отозвался Сората, поднимая на Генри расслабленный взгляд.

— Ничего, – буркнул Макалистер. – Вылезай, мне тоже купаться надо. Ты взял полотенце?

— Ой, – Сората посмотрел на свою кровать, где остался белый махровый сверток. – Не подашь?

Генри швырнул в него полотенцем.

Кимура ловко его поймал, наскоро обтерся и, выбравшись из корыта, в три прыжка добрался до кровати и сел, поджав ноги.

— Ох, прости, мне надо отвернуться, да? – спохватился он.

Генри было приятно, что он думает о его комфорте, но на данный момент все, чего ему хотелось, это поскорее согреться и избавиться от пропитанных едким потом вещей. Он махнул рукой и начал раздеваться. Пока Сората с преувеличенным тщанием занимался волосами, Генри наскоро ополоснулся в быстро остывающей воде и торопливо влез в свежую одежду. Майка неприятно липла к влажному телу и холодила, но толстый свитер компенсировал это неудобство.

Генри сел на кровать, и Сората как по команде оставил свои волосы в покое.

— Уже можно смотреть, – пошутил Генри.

— Спасибо, а то я успел соскучиться.

— Язвишь, значит, согрелся.

Сората швырнул в него влажным полотенцем.

— Неудивительно, что Дэвис принял меня за женщину. Ты меня слишком оберегаешь! Я немного крепче китайской вазы.

— У меня никогда не было китайской вазы. А ты есть, – сказал Генри, и Сората сделал вид, что собирается отправить следом и подушку. Чувствовалось, что напряжение начало отпускать и позволило мыслить здраво.

— Если серьезно, с Дэвисом надо все разъяснить, пока он не напридумывал себе невесть чего.

Генри набросил полотенце на изголовье кровати.

— Утром, сразу после завтрака, займемся починкой снегохода, так что он просто не успеет обнаглеть. Там с ним и поговорю. И эта женщина, хозяйка, такая неприятная: пучок, постное лицо… Почему-то мне очень не хочется видеть ее снова.