Книга Хенкан. Последний эксперимент, страница 57 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Сторожка так далеко? – спросил Генри.

— На другой стороне отеля. Ждите, я скоро вернусь.

Сората склонился перед ним.

— Фудзивара-сан, оставляем звонок на вас.

Охранник кивнул, но тут Курода снова влез.

— Я отец, в конце концов! Я сказал, не надо полиции!

— Отец я. И это не обсуждается.

Сората не хотел быть грубым, не в такой ситуации, как сейчас, но почему-то, глядя в вытаращенные бегающие глаза Куроды, не смог промолчать. Похоже, что его грозный окрик произвел впечатление не только на Нобу, но и на Хидеко, она перестала отводить взгляд и посмотрела на него со странным удивлением, как будто все это время не была до конца уверена, что он ей поверил. А Сората поспешил закрепить результат, снова обратившись к охраннику.

— Фудзивара-сан, прошу прощения за доставленные неудобства.

— Я позвоню, потому что это мой долг, – ответил он. – Подождите немного, я скоро вернусь.

Сторожка, по его словам, находилась рядом с тем местом, где Генри и Хибики вышли из такси, как далеко это отсюда, Сората не знал. Стало совсем темно, когда луна скрылась за облаками, и все, что Сората ощущал наиболее четко, – это холод и тревога. И то, и другое, окутывало его с ног до головы, вызывая дрожь и мурашки по всему телу. Он поежился и взглянул на часы – едва минуло восемь вечера, все же ранней весной не стоит ждать долгого светового дня.

— Вот, возьмите, – Сората негнущимися пальцами расстегнул «молнию» и скинул куртку, – Хидеко-сан. Вы замерзли.

Строго говоря, замерзли они все, но единственная женщина среди них выглядела совсем маленькой и съежившейся, больше от горя, чем от холода, но пока куртка – меньшее, что Сората мог для нее сделать.

— Эй, это моя жена, – решил напомнить Нобу, но Сората просто предпочел его проигнорировать. Мужчина вызывал у него отторжение. Не соперник, не враг, не конкурент, всего лишь муж женщины, которую Сората, положа руку на сердце, даже никогда не любил. Она была в его жизни совсем недолго и запомнилась едва-едва. К тому же Нобу воспитывал его сына, и за одно это был достоин благодарности. Курода Нобу… Темнота оживляла призраков, но не только тех, что видел Генри. Некоторые призраки поднимались из глубины души.

Сората не хотел говорить с Нобу дольше необходимого, поэтому отвернулся, натыкаясь на хмурый взгляд Генри.

— Что?

— Ты поступаешь глупо, – укорил Генри вполголоса.

— Я поступаю, как должен поступить любой мужчина на моем месте, – отрезал Сората. – Странно, что ты так не считаешь.

Они немного отошли в сторону, и в прорехе между деревьями показалась стена отеля. Сората чувствовал, как по телу медленно расползался холод, и обнял себя руками. Его обуревала необъяснимая нервозность – ожидание доводило до края.

— Что это? – вдруг спросил Генри и указал рукой. Сората сделал несколько шагов вперед и тоже увидел. В зазоре между основным корпусом и пристройкой под тенью козырька темнела дверь, наполовину скрытая ниже уровня земли. В правом углу висела пыльная камера, и красная лампочка тускло отсвечивала от направленного на нее фонаря, так что казалось, будто она горела.

— Это подвал? – предположил Сората и кивнул на ведущую ко входу дорожку примятой травы. – Готов поспорить, внутри хранится что-то ценнее старой рухляди.

Генри промолчал, и в образовавшейся тишине послышался шорох приближающихся шагов. Сората обернулся и увидел охранника.