Книга Академия превращений, страница 47 – Ирина Фельдман, Юлия Фельдман

Метаморфини отсиживались в своих спальнях. В нашу мне до сих пор не было позволено заходить, так что мы устроились в комнате, где обычно вместе с однокурсниками учили уроки.

Подруга, магией укоротив себе ногти, плела одного за другим бисерных лягушат. Я сидела напротив и перебирала ее шкатулочку с рукоделием. В боковых отделениях лежали пакетики с бисером, в углублении посередине – парочка заготовок, доплетающихся по настроению, а в нижнем выдвижном ящике – готовые фигурки: лисичка, два дракончика, черепашка, стайка разноцветных мышек и единорог. И это только последние экземпляры! У Маришки основной зоопарк живет в прикроватной тумбочке, а недавно она доплела маленькую яблоню. По-моему, очень милое хобби для любой девушки, кроме меня. Оформить курсовую со всеми сносками и списком литературы у меня хватает терпения, а вот сплести браслетик – нет.

Больше фигурок меня занимал вид из окна. Моим новым, если можно так сказать, развлечением стало высматривание Раса. Прошла куча времени, а этот паразит все еще не вернулся. Я перестала вскакивать, едва завидев любого студента. Даже Маришка начала разделять мои подозрения о том, что его все-таки поймали.

Нам только этого не хватало.

Незаметно наступило время обеда, и у нас появилась крохотная надежда увидеть Раса за одним из столиков в нашей столовой. Может, он сразу пошел туда?

Его там не было. Пришлось отбросить смущение и подойти поговорить с парнями, в том числе и второкурсниками, но моего «женишка» никто не видел.

Воображение настойчиво подсовывало мне душераздирающие сюжеты, в которых Раса запирали в кабинете ректора до приезда полиции, заковывали в кандалы в тайном подземелье и с позором выгоняли из академии. Я была настолько охвачена тревожными мыслями, что даже не заметила, как смела первое, второе и теперь сидела как дура над пустой тарелкой.

Мы просидели в столовой до последнего, но без толку. Искать по всей территории академии друга, который может обернуться чем угодно, было бы настоящим сумасшествием. В итоге Маришка заявила, что Рас не маленький мальчик и либо вернется в общежитие, либо нам всем скоро станет известно о его дерзкой выходке. Но на всякий случай пошли обратно прогулочным шагом.

Когда я заметила летающую за окном летучую мышь, счастью не было предела. Кинулась открывать без промедления. Короткая вспышка – и вот Рас, целый и невредимый, устроился в кресле у нашего стола.

— Где ты был? – накинулась на него Маришка. – Ты знаешь, который час?

— Не знаю, но представляю. – Рас позволил мне повиснуть у него на шее. – Есть хочу, умираю.

— Надо было на обед ходить.

— Я только что из изолятора, – напомнил ей Рас. – Удрал оттуда, как только появилась возможность.

— Что значит «удрал»? – насторожилась я.

Рас усмехнулся и шутливо коснулся моего носа.

— Без паники, меня никто не застукал. И давайте договоримся: вы меня кормите, а я вам за это все рассказываю.

Мы с Маришкой выдохнули с облегчением. Я провела рукой по его взъерошенным волосам.

— Тогда пошли на кухню. Только сперва переоденься, чучело.

Завтракать, обедать и ужинать нам предлагается в столовой, но на каждом этаже общежития есть небольшие уютные кухни, где до отбоя можно подкрепиться и попить чай. Там светлые, обложенные «кирпичиком» стены, на столах скатерти, на холодильниках и шкафчиках мотивирующие таблички в духе «Будь свиньей где угодно, только не на кухне».