Книга Академия превращений, страница 36 – Ирина Фельдман, Юлия Фельдман

— Ты что вытворяешь, Романовски? – Горацик и не думал помогать стонущему студенту. – Устроил театр одного актера!

— Его же ключом сшибло, мастер, – напомнила я, вытирая лицо рукавом.

— Ничего серьезного.

Рас поторопился встать, что получилось не с первой попытки.

— Зачем вы так, мне же больно…

— Не надо было обманывать.

— Виноват, мастер Горацик. Я только хотел разжалобить Ольгу.

Так, а это еще что такое? Миша с Яной даже перестали шептаться между собой.

— Мы с ней поругались, думал, простит, – пояснил Рас и энергично отряхнул штанину.

— Ах, думал, Оленька тебя пожалеет и забудет про твои выходки?

Рас отвел взгляд в сторону.

— Типа того.

Я вздрогнула, когда снова раздался усиленный микрофоном голос Абиати:

— Все в порядке, мастер?

Тот лишь неопределенно махнул рукой.

— Ты хоть понимаешь, что ей нельзя участвовать дальше в таком состоянии, балбес летучий? Довел бедняжку!

Горацик сорвал травинку, превратил ее в чудесную пурпурную розочку и галантно преподнес мне.

— Вот как надо просить прощения у девушки.

Я с робким «спасибо» приняла неожиданный подарок.

По решению преподавателей, в связи с инцидентом в нашей команде решили произвести замену. Какое же мое было изумление, когда Элеоноре велели заменить меня!

Почему именно меня? Нет, не скажу, что я против, но почему так? Это Рас же пострадал! Это его чуть не прибил мстительный кукловод! На мои бестолковые вопросы Рас тихо ответил:

— Так и должно быть. – И поцеловал меня в нос.

Как я могла забыть, что первокурсники – изнеженные фиалки? Хорошо хоть было кому напомнить: нельзя, оказывается, с такими нервами колдовать, магия юных метаморфов запросто может выйти из-под контроля! Для меня подобные заявления до сих пор звучат абстрактно, но местные относятся к этому чрезвычайно серьезно, так что истерика меня спасла.

Бедные, как же они сессию сдают? Мне, к счастью, этих проблем не понять.

Для порядка позлившись, мы с Маришкой единодушно признали, что помощь Раса была своевременна и неоценима, но не смогли решить, в какой именно момент хитрец догадался использовать свое положение, – ну не мог же он заранее договориться с Тео?

В любом случае доводить меня до слез, да еще и прилюдно, было жестоко, так что вечером мы немного погоняли его по зверинцу в Образе летучей мыши – так, для профилактики.

Рас метался под потолком, а Маришка, ругая его на все лады, замахивалась на него своей туфлей, когда он осмеливался пролетать слишком близко.

Давно я так не смеялась.

Ася и Мася следили за полетом мыши с нескрываемым любопытством. Мне хотелось верить, что у глуповатых страусих не было к ней никакого гастрономического интереса. Помня об их прожорливости, я к ним в этот раз с яблоками пришла.

Наконец Маришка с наигранной усталостью опустилась на первый попавшийся брикет сена. Рас воспринял это как добрый знак и скинул Образ в противоположном углу зверинца.

— Фух, ну ты загоняла!

— Заслужил.

— Нет бы спасибо сказать! Я тут опять всех спасаю, дежурю в зверинце вне очереди. Все ради вас!

Маришка даже перестала качать босой ногой.

— Может, тебя еще расцеловать?

Я подошла к Расу и протянула ему последнее яблоко.

— Так, ребята, стоп, все же хорошо закончилось. Вы не представляете, как я рада, что меня заменила Нора. Мне пока слабо превращать солому в ключи.