Книга Игры кошачьей богини, страница 113 – Ирина Фельдман

Неферпсут приняла у меня ворох разномастных лоскутков и, собственноручно бросив их в чан, подожгла свечой его содержимое. Огонь как бы с неохотой принялся лизать экзотическое «угощение», в воздух поднялся первый робкий дымок.

Надеюсь, от меня больше ничего не потребуется.

Вопреки ожиданиям жрица меня не отпустила. Нараспев что-то говоря по-древнеегипетски, она взяла обеими руками своё колдовское варево и начала обходить лежавших на полу мертвецов.

Вот ты какая, некромантия… Лучше бы мы с котиками играли!

Горьковатый дым из чана стал уверенно расти. Причудливо разветвляясь и извиваясь, он поднимался выше и с неестественной стремительностью охватывал пространство. Не прошло и минуты, как я не выдержала дымовой атаки и подошла к окну. Не задыхаться же из-за прихоти возомнившей себя богиней особы. Отдёрнула штору и, ахнув, отскочила, как газель, заметившая в воде крокодила: по стеклу шла золотистая рябь.

На полу непонятно откуда собирались золотые песчинки. Я старалась не наступать на них, но скоро их стало так много, что не вляпаться было просто невозможно. Тёплые, вроде безобидные, и на том спасибо.

Как я ошибалась!

Неферпсут что-то громко выкрикнула, и песчинки, дружно собравшись в несколько десятков кучек, приняли вид саранчи. В следующее мгновение многочисленные золотые насекомые жадно набросились на мумии. Они их пожирали, честное слово, пожирали!!!

Как кисейная барышня, я опустилась на скамеечку перед пианино и закрыла лицо руками. Уши бы ещё прикрыть, невозможно слушать хруст поедаемых тел!

Судя по звукам, наколдованная саранча управилась всего за пару минут. Я посмотрела сквозь щёлочку между пальцами и увидела, что абсолютно спокойная Неферпсут стоит на месте, где раньше лежали мумии, и подставляет руки нежно обвивающим её тело золотистым потокам. Глаза жрицы засияли словно фары.

Я выполнила свою часть ритуала, я могу уходить?..

Стремительный поток энергии ослепил меня. В ту же секунду меня высоко подбросило в воздух.

Не упала. Кажется. Вообще перестала что-то чувствовать, кроме обжигающей боли.

Услышала свой крик. Он почти сразу оборвался.

Не могла дышать.

Долго. Очень долго.

А я была в сознании. Или просто так думала. Но раз думала, значит, оставалась живой.

Прошла целая вечность, прежде чем я ощутила под собой жёсткую поверхность. Услышала чьи-то шаги, голоса, доносящиеся как сквозь плотный слой ваты. Ни слова не поняла. Даже язык не смогла разобрать.

Прикосновения, переросшие в отцовские объятия.

Меня взял на руки мужчина.

Моя голова склонилась к его плечу.

Бен, это ты? Бен?..

Я слышала музыку.

Пела скрипка. Грустно. Тревожно. Словно жаловалась на жестокую судьбу.

Окончательно проснувшись, я не спешила вылезать из мягкой постели. Просто лежала с закрытыми глазами и слушала игру на таком родном для меня инструменте.

Музыка стихла. К моему огорчению, слишком быстро.

Ну и ладно. Уже надо вставать, нечего валяться.

Приподнявшись, я огляделась. Скорее всего, это была мужская спальня, потому что дамских штучек вроде аксессуаров и корзинок с рукоделием не наблюдалось. К тому же на картине, висящей напротив кровати, было изображено сражение с конями и пушками, что леди явно не по вкусу.

Снова заиграла музыка. Другая мелодия, ещё более жалостливая. Я скинула тёплое одеяло и, с удовлетворением отметив, что с меня не сняли платье, ступила на ковёр. Сандалии стояли рядом, но я прошла мимо. Уж лучше ходить босиком, чем грохнуться в обуви, которая велика на пару размеров.