Книга Пленница ведьмака, страница 51 – Ирина Фельдман

— Тьфу ты! Я был грозным и несокрушимым, а ты меня цветочком называешь.

— Грозным и несокрушимым цветочком, – подразнила я его и наугад потрепала двух корги.

Всего насчитала семь фырчащих и сопящих мордочек. Интересно, когда же я увижу всю эту дружную компанию? Четыре десятка корги – это же с ума можно сойти от умиления!

— Капалли цела?

Вопрос рывком вытащил меня из блаженного транса. Трясущимися руками проверила содержимое вязаной сумочки и с облегчением выдохнула. Крошка, из-за которой мы и отважились на поход, ни капельки не пострадала. В плотном коконе из травы она мужественно пережила недавнее приключение. Даже спокойно вышла и уверенно встала на моей ладони.

— Ты такая храбрая, я очень горжусь тобой, – я надеялась, что капалли хотя бы по интонации все поймет. Поймала ревнивый взгляд Ру. – И тобой я горжусь, мой верный слуга. Эй-эй, ребятки, тихо!

Придерживая лошадку, я встала с земли, чтобы поскуливающие собаки до нее не дотянулись. Семь черных влажных носов устремились в одну точку. Всех без исключения заинтересовало маленькое магическое создание.

— Они не обидят ее, – сказал Ру слегка заторможенно, словно сам еще не совсем включился в происходящее. – Они… жалеют ее. И хотят помочь.

— Ты разбираешься в собаках? Я думала, ты их не любишь.

Парень потер лоб.

— Это необычные собаки. В них что-то есть от Другой стороны. Не знаю, как объяснить. Я сейчас как будто замечаю то, на что раньше не обращал внимания. Это как внутренний голос или как музыка… Я слушаю и верю. Наверное, я уже не человек, да?

Дигби сочувствующе пискнул и поставил передние лапы ему на ноги. Ру наклонился и рассеянно потрепал песика.

— Ты человек ровно столько, сколько позволяешь себе им быть, – заявила я.

— А если мне не для кого быть человеком?

— Тогда это очень грустно. Я бы хотела, чтобы ты был моим другом, а не людоедом.

Собаки засуетились у моих ног, парочка тоскливо завыла. Дигби отбежал подальше и призывно залаял.

— Надо отнести капалли домой. Они проводят, – перевел Ру.

Да это же просто чудесно!

— Тогда ведите нас, малыши, – звонко воскликнула я, и корги одобрительно загалдели. – Вперед, и только вперед!

На контрасте, после смертельного ужаса радость и надежда дарили мне энергию. Я была готова хоть весь лес пройти пешком и лично перегрызть зубами любого боуги.

Хорошо же быть героем, а не девой в беде.

Я потеряла счет времени. Лесные запахи и компания жизнерадостных коржиков кружили голову, заставляли забыть о печалях. Хотелось идти и наслаждаться прогулкой, не задумываясь о том, что будет после.

Никогда не считала себя любителем активного отдыха. Рассказы о ночевках в палатке приводили меня в шок, а на шашлыках я предпочитала не отходить дальше чем на десять метров от мангала, чтобы не наткнуться на кусачее насекомое или змеюшку. А если надо было отлучиться по зову природы, всегда брала с собой сестру или подружку, чтобы было кому защитить меня от осы или помочь отличить безобидную травку от крапивы.

Здесь было спокойно.

Во мне трепетало умиротворение, как если бы я зашла в дом к родственникам, которых не видела много лет. Приятно волновало ожидание тепла и ласки.

Следы разумной цивилизации лишь раззадорили любопытство. Мы прошли по каменному мостику через речку и, преодолев угодье больших папоротников, наткнулись на заросшую зеленью стену. Ру коснулся вдавленного изображения оленя.