Книга Пленница ведьмака, страница 120 – Ирина Фельдман

Если бы ко мне на свадьбу пришла такая тетка, я бы поставила ее на место. Хотя у меня и так настоящая свадьба, так что я, как взрослая замужняя дама, могу ее прогнать. Я вышла вперед, несмотря на то что муж попытался затолкать меня обратно за спину.

— Мадам, – я, одна из перспективных учениц Школы трех ведьм, сделала книксен. – Уже ночь, не пора ли вам лечь спать вместо того, чтобы думать о чужих консумациях? Совать нос к другим в постель ужасно неприлично. До свидания и спокойной ночи.

Сняв с плеча хорька, ведьма принялась его ласкать у себя на груди.

— Бойкая, нахальная. Прирожденная ведьма. Вижу, тебе не терпится отдаться мужу прямо здесь, но вынуждена тебя огорчить. Твой муж умрет раньше, чем это произойдет.

Была бы она в этой комнате, я бы ей все шиньоны повыдергивала!

— Юна, не слушай ее. Мадам Розабель получила место в ковене благодаря связям, силы у нее весьма посредственные. Показательно, что она угрожает на расстоянии.

Ведьма жеманно хохотнула, обнажив зубы.

— В моем случае недостаток силы компенсируется умом. Например, я сразу поняла, что Эльва неспроста потащилась сюда. Она следила за мной. Но я оказалась хитрей. Подложила в ее табакерку сонный порошок. Эта дура мало того что сама заснула, одурманенная дымом, еще и внучку свою усыпила. Большая удача. Устранила сразу двух сильных ведьм.

Ух, мадам Эльва! Надеюсь, после этого она бросит вредную привычку!

— Я долго изучала истории о разделении, – продолжила мадам Розабель, почесывая хорька. – В истории магии это редкость, и каждый прецедент индивидуален. Особенно меня поразила история, в которой ведьмак не желал уходить на войну, потому что не мог бросить жену. Тогда он провел ритуал, и его разделило на двух людей. Один отправился в военный поход, другой остался подле жены. Но когда половина пала на поле боя, вторая умерла в тот же миг. Печально. – Однако ее хищная улыбка отражала совсем другие эмоции. – И тут я перехожу к главному. В каждом случае, несмотря на разницу в деталях, происходит одно и то же. Когда погибает одна половина, со второй происходит то же самое.

Суть дошла до меня и мистера Сэфайра одновременно.

— Где другой Бреннан?

Мадам Розабель отпустила хорька.

— Его нет на территории поместья. Похитить мальчика оказалось несложно. Я пообещала слугам-шелки, что верну им шкуры, если они помогут мне. Они согласились сразу.

Ведьмак выругался.

— Думаете, я отдам вам девчонку ради спасения своей жизни?!

— Изначально я так и планировала. Но одна милая девочка, кажется, ее зовут Фрэнни, рассказала мне, что видела, как Юнона строит глазки «сыну ректора». Тогда я решила, что Юнона сама придет ко мне, если ей не безразлична судьба возлюбленного.

Не успела я и рта открыть, как мистер Сэфайр воскликнул:

— Ты одна никуда не пойдешь!

Я не расслышала слов ведьмы, но после них лицо моего мужа исказилось, как от резкой боли, и он упал на пол. Мы с Грегом тут же кинулись к нему. Он тяжело дышал сквозь стиснутые зубы и не отвечал на наши вопросы.

Главное, живой.

— Говори! – я повернулась к зеркалу. – Говори, где ты сейчас. Я приду и надеру тебе задницу!

— Юнона, – прошептал Грег.

Поздно. Я уже вышла на тропу войны.

— Знаешь, где дом фабриканта Лайонелла? Тебя будут ждать внизу, возле утеса.

Зеркальная поверхность заполнилась грязно-серым туманом, и ведьма исчезла.