Книга Пленница ведьмака, страница 100 – Ирина Фельдман

— Ты считаешь, что это шутка?

— А как иначе? Дразните меня, наблюдаете, как за подопытной. Мужа мне вдруг нашли, побрякушку какую-то нацепили!

Я начала стягивать кольцо с пальца, но он взял меня за руки.

— Значит, по-твоему, я шутник?

— Бессовестный, гадкий, самовлюбленный шутник!

— Не хочешь взять свои слова обратно?

— А заставьте! Моя душа у вас уже есть, что вы еще сможете придумать?

Ведьмак наклонился так, что мы чуть не ударились лбами.

— В моей фантазии можешь не сомневаться, маленькая ведьма.

А дальше – все как в тумане. И я не преувеличиваю!

Неприятно, когда какая-нибудь мелочь не дает нормально поспать. Сквозь сон я чувствовала, как мерзнет плечо. Проблема обычно решается просто: надо либо спустить задравшийся рукав футболки, либо подтянуть повыше одеяло. Однако в этот раз мне не удалось осуществить ни одно из этих действий.

Что-то тяжелое придавливало меня сверху. Я завозилась, нащупала рукой теплый мужской бицепс и без распевки перешла на ультразвук.

В моей постели мужчина! Которого я точно не звала!

Недовольное бурчание на уровне моей макушки только подтвердило опасения. Нахал не только залез под чужое одеяло и по-хозяйски прижимал меня к себе, но и не желал просыпаться. Пройдя стадию отрицания и гнева, я приступила к борьбе с напастью. Взяла свою подушку и ударила ею оккупанта. Потом второй раз и заодно третий.

— Ах вы! Подлец! Мне плевать, что вы ректор, я вас укушу, если сейчас же не уйдете!

— Юнона, – простонал побитый и вырвал у меня из рук орудие экзекуции.

Спутанные во сне волосы волнами падали на крепкие плечи. Челка почти целиком прикрывала правый глаз.

— Бреннан? – растерялась я.

Вот он, передо мной наяву. Такой беззащитный, голый…

Поняв, что моя грудь тоже абсолютно ничем не прикрыта, я окончательно проснулась и, отвернувшись, попыталась завернуться в одеяло.

— Я ничего не видел, – как истинный джентльмен в пикантной ситуации, соврал Бреннан.

Ни капли от этого не полегчало. Я ощупала бедра и чуть не взвыла от разочарования: ниже пояса тоже не было ни намека на белье.

Черт, я столько всего «интересного» проспала!

— Мама дорогая, как так вышло?

— Надо выяснить. Ты не против, если я раздвину шторы? Разговоры в темноте меня всегда напрягают.

Не назвала бы темноту в комнате кромешной, но возражать не стала. Если это поможет хоть кому-то из нас двоих лучше соображать, то пусть.

Догадываясь, что и Бреннан не может похвастаться наличием одежды, я накрылась одеялом с головой. В полном мраке и духоте пульс невыносимо давил на голову. А чего я так разнервничалась? Подумаешь, мой приятель ходит по комнате голый, что я, совсем, что ли, неискушенная в этом вопросе?

Да! Одно дело фильмы с пометкой «18+» и горячие картинки, которыми мои подружки забивают ленты в соцсетях, и совершенно другое – настоящий парень под моим одеялом!

Шуршание штор. Эй, у меня окно с другой стороны! И оно у меня одно!

Любопытство вынудило меня высунуться из укрытия. Так и есть. Это не моя комната. Мы проснулись в спальне, украшенной в морском стиле. Светильники были выполнены в виде кораллов, а люстра в прошлой жизни была раковиной огромного моллюска.

— Я начну с хорошей новости, – безрадостно выдал Бреннан.

— А может, лучше с плохой?

— После плохой ты не захочешь узнать хорошую.