Книга Страницы из дорожного блокнота, страница 11 – Мария Дубинина

Страница третья.

Случайный попутчик.

Путешествие мое, начинавшееся как увеселительное и даже лечебное, дало, тем не менее, совершенно противоположный результат, и дни, проведенные в стране зеленых холмов*, запомнились мне как череда в высшей степени странных происшествий, некоторые из которых и побудили меня на первой же станции купить писчую бумагу — карандаш как удобную альтернативу перу и чернильнице, я повсюду носил с собой — и начать новый дневник. Его я назвал "дорожным блокнотом".

Разумеется, записи я делал исключительно для себя, урывками, в дешевых гостиницах и тесных купе, и так уж вышло, что они все же стали достоянием общественности, о чем я по прошествии времени ничуть не жалею.

Решение вернуться домой посетило меня внезапно. Проснувшись среди ночи, я с удивлением спросил себя, что делаю здесь, зачем ючусь по чужим комнатушкам и сплю в чужих постелях? Нет, если признаться честно, обстановка, в которой мне доводилось ночевать, в самом деле не была столь уж убогой и мрачной, чтобы вызвать подобные мысли, однако, думается мне, чувство потерянности, что я испытал в тот момент, посещало многих людей, вынужденных надолго покидать родной дом. Я в данном случае имел в виду даже не усадьбу "Старый дуб" в графстве Нортумберленд, сколько свои апартаменты в доме мадам Деларош в Лондоне, где я имел частную медицинскую практику. Воспоминания закружили меня, и уже к утру я не сомневался в своем желании немедленно вернуться в Англию.

Не стану утомлять случайного читателя ненужными подробностями утомительной поездки через половину страны по железной дороге, а начну свой рассказ с того момента, как купил билет на дилижанс, через Нортумберленд, надеясь сделать матушке приятный сюрприз. Ирландию я покинул без сожаления, однако, уверен, что буду вспоминать ее зеленые холмистые равнины с теплотой, пусть и сейчас они выцвели и посерели под натиском непогоды, но душа моя рвалась обратно, на родину.

Дорога предстояла долгая, в том числе и в ночное время, и потому важную роль в такого рода путешествиях играла компания, а она, скажу я вам, с первого взгляда показалась мне весьма скучной. Место мне досталось между молодым человеком в офицерской форме и с напомаженными усами и дородным джентльменом, что постоянно промокал обширный лоб не менее обширным платком, к тому же он имевшим странную привычку бормотать себе под нос, отчего складывалось впечатление, будто он за что-то оправдывается. Место напротив пустовало, остальные же были заняты белокурой девушкой, путешествующей с компаньонкой ненамного старшее ее самой, леди в глухом строгом платье, судя по черной вуали, вдовой, и рыжим господином в ничем не примечательном дорожном костюме. Я был бы рад завязать разговор, но решительно не знал, какую тему затронуть, чтобы заинтересовать всех попутчиков и никого из них не обидеть. За окошками проплывали голые деревья и маленькие хуторки, чье местоположение угадывалось по тянущимся к тусклому небу столбам печного дыма. Под мерную качку дилижанса меня клонило ко сну...

— Я слышала, эти места кишат привидениями, — громко и совершенно неожиданно для всех заметила мисс Виннер вечером третьего дня. В начале и в конце салона установлены были газовые рожки, однако ввиду малого числа пассажиров один из них никогда не зажигался и дамы в известный час вынуждены были откладывать рукоделие в сторону. К тому времени мы все успели познакомиться и вяло обсуждали ничего не значащие темы вроде урожая зерновых в минувшем году и предстоящего рождественского бала в Букингемском дворце, тем более внезапно прозвучали слова мисс Виннер. Стоит также упомянуть, что день подошел к концу, и часы исправно показывали довольно позднее время, весьма, к слову, подходящее для подобных разговоров. Миссис Джонсон, вдова преуспевающего торговца из провинции, быстро перекрестилась в своем углу; готов поспорить, новая тема пришлась ей не по душе.