Книга Как не умереть дважды, страница 25 – Светлана Волкова, Мария Дубинина, Сора Наумова

Если они скажут «нет», значит, мне все-таки показалось, значит, я снова выдумываю себе сложности там, где их нет. В конце концов, с чего бы Светке умирать следом за мной?

Названный Сиэлем переглянулся с остальными, и это явно что-то значило.

— Мы должны ее знать? На Светлом факультете полно студентов.

— Она первокурсница. Должна быть первокурсницей.

Мой коготь принялся выстукивать дробь по столешнице, раздражая всех и побуждая к более активной мыслительной деятельности.

— Может, вам стоит вернуться к своим друзьям? – намекнул златокудрый Сиэль, и дерганье острых ушек выдало его нервозность. Он посмотрел на наш столик, и щеки налились нездоровой краснотой. Я даже обернулась, дабы убедиться, что Морис не танцует стриптиз на столе или что-то в этом роде. Он-то может. Но нет, все в порядке, сидят чинно и мирно. Жуют. Инспектор Флорентин перехватил мой взгляд и как бы невзначай с улыбкой повертел в руке металлический жетон.

Ах, вот оно в чем дело!

— Ну так что там с моей… со Светланой?

«Стрекоза» фыркнула и отвернулась. «Эльф» вздохнул и потер висок.

— Действительно, есть такая первокурсница. Мы едва знакомы, но она хорошо себя показала, ее процент адаптации – один из самых высоких на потоке. Больше мне добавить нечего.

— Неудивительно! – все-таки не выдержала «стрекоза». – Эта девица задирает нос.

— Светка-то? – вырвалось у меня. – То есть я хотела сказать, почему ты так решила?

Я не надеялась на честный ответ, но, похоже, у девицы сильно накипело, потому как она без промедления пожаловалась:

— Мы с девочками пробовали с ней подружиться, но она не хочет участвовать ни в одном мероприятии. А мы на факультете славимся коллективным духом, чтоб ты знала.

И гордая такая сидит, как будто у нас на Темном факультете все сплошь по своим пещерам сидят и топоры точат.

— Ясно, – кивнула я. Но вот проблема – ничегошеньки мне было не ясно.

— Ребята? – к нам подошла высокая женщина с фигурой Наоми Кэмпбелл, примерно таким же оттенком кожи и… львиной головой. В прямом смысле слова.

— Куратор, – обрадовалась «стрекоза», и крылышки возбужденно затрепетали, – наконец, вы вернулись!

Прозвучало так, будто я издевалась над детьми в отсутствии воспитателя.

— Здравствуйте, – я вежливо поздоровалась, но львиноголовая окатила меня презрительным взглядом. У меня даже веко дернулось. – Ох, я ваше место заняла?

И снова ни слова. Может, она разговаривать не умеет, с такой-то башкой? У Куросаки хотя бы только ушки звериные.

— Вернитесь к своему куратору, дорогуша, – произнесла она глубоким голосом. – Студенты не должны блуждать где им вздумается без присмотра. Это может быть небезопасно.

«Для вас» – почти услышала я и напряглась. Да у нас на факультете просто детский сад «Ромашка» по сравнению с этими хмырями.

К нам расслабленной походкой подошел инспектор и сразу же рассыпался в комплиментах перед львиноголовой, ручку ей поцеловал, все как надо. На меня вообще ноль внимания.

— Госпожа, моя спутница не имела цели доставить вам хлопот. Дети в их возрасте такие общительные, вы понимаете.

Мы с крылатой девицей переглянулись с редкостным единодушием во взглядах.

— Инспектор, – важно кивнула львиноголовая. – Вы здесь по делам службы, или…

— Нет, ну что вы! Просто приятно провожу время после рабочего дня.