Книга Крепостная для графа Шереметева, страница 79 – Мелина Боярова, Амари Санд

— Выглядишь ослепительно. Это платье тебе невероятно идет, — он улыбнулся и галантно подставил локоть. — Прошу, Татьяна Степановна.

Зимний сиял холодной роскошью и равнодушием к людским судьбам. Николай I принимал в малом кабинете, куда нас проводили сразу после прибытия. Когда мы вошли, государь сидел за столом и работал с бумагами.

— Присаживайтесь, граф, — сухо ответил на наше приветствие Николай и указал кивком на стул. — Вы еще не оправились от ранения, незачем испытывать силы. А ты, — бросил мне, — подойди поближе.

Я выполнила приказ и встала рядом с Дмитрием, позволяя императору удовлетворить любопытство, а то в прошлый раз предстала перед ним, как оборванка.

— Мне доложили, — Николай поднялся, принимаясь мерить шагами кабинет, — что ты предсказала смерть моего брата и предупредила о бунте. Спасла Милорадовича и графа Шереметева, вытащив обоих с Сенатской площади. Бенкендорф считает тебя опасной, а Гааз боготворит. Я же хочу знать, что ты видишь? — государь остановился возле меня, возвышаясь как скала. — Какова судьба моего правления?

Я замерла, раздумывая над ответом. Любое мое слово могло быть использовано против, но также оно могло решить судьбу страны на сто лет вперед.

— Ваше Величество, — произнесла решительно. — Ваше правление началось с крови, и этой же кровью может закончится, если вы не услышите меня. Вы подавили бунт офицеров, но вы не подавили нужду народа.

— Продолжай! — Николай опасно прищурил глаза.

— Россия стоит на пороге великих перемен. Если вы не отмените крепостное право сами, мудро и по закону — ваши внуки увидят, как народ сметет его снизу. И тогда не уцелеет ни трон, ни империя. Революция — это не заговор кучки дворян, а пожар в лесу, где ветки и сучья — бесправные люди. Дайте им землю и право называться людьми, а не имуществом. И тогда ваше имя прославится на века.

— Предлагаешь разорить дворянство? — угрожающе тихо переспросил государь. — Ты понимаешь, что требуешь невозможного? За такое мне завтра же вонзят в спину нож те, кто сегодня клянется в верности.

— Я предлагаю избежать катастрофы, которая превратит Россию в пепелище, — дерзко вскинула голову, позабыв о наставлениях Прасковьи. — Прогресс нельзя остановить штыками, как нельзя остановить огромную волну. Но можно оседлать ее и вознестись на вершину.

— Государь, позвольте мне сказать? — Дмитрий поднялся и встал рядом со мной. — Не ищите в словах Татьяна подвоха или дерзости. Она говорит так, потому что знает правду. И ей больно за отечество. Но мы предлагаем начать с малого — армии и медицины. Рассмотрим введение «Медицинского устава», который спасет жизни ваших солдат, начнем обучение фельдшеров из числа вольных крестьян. Создадим санитарные корпуса. В этих нововведениях нет политики, но они помогут установить порядок. Если позволите, я докажу, что вольный человек работает лучше, чем раб под палкой. Мы начнем изменения с одного из ведомств, введем выкуп земель, создадим крестьянские банки. И вот когда остальные увидят результат, тогда можно будет говорить о массовом внедрении таких перемен. Люди привыкнут, и эти изменения не вызовут в них ярого отторжения.

Дмитрий подал Николаю папку, над содержанием которой мы работали последние ночи.

— Посмотрите, Ваше Величество, я начал с себя. В моем доме больше нет крепостных. И знаете что? Доходы ничуть не упали, люди работают усердно, зная, что трудятся на благо себя и собственных детей. Странноприимный дом — лишь малая часть того, что мы можем построить вместе.