Книга Твоя нежная буря, страница 73 – Анна Ликина

— Никто не сомневался, — отводя от него взгляд, процедил Рейнар.

— В таком случае может, вы выйдите из-за стола и дадите нам спокойно поужинать? — ядовито произнёс король.

— Это не Королевский Клык, — с улыбкой ответил Ашер. — А хозяин дома нас пока не прогонял из-за стола. Я ведь прав, лорд Винтергорн?

Отец поднял на него взгляд, скользнул по мне, перевёл на Рейнара и потом на короля.

— Вам не обязательно вступать в этот конфликт, лорд Алдрик, — пришёл на помощь отцу король. — Мой брат — мастер провокации.

Ашер цокнул языком. Ужин продолжился. Слово взяла Ярина, обсуждая с моим отцом плодородность почвы. Веллант вскоре тоже присоединился к разговору, не сводя с напряжённых братьев взгляда. Я так и не притронулась к еде. Смогла сделать только несколько глотков вина. Внутри было мерзко оттого, что я стала причиной конфликта. С этим нужно было покончить.

Рейнар. Королевство Гримхольм. Железная Долина. Январь 1578 года от победы над духами Хаоса.

Никогда не думал, что ревность может быть такой разрушающей. Когда я увидел Хлою в объятиях брата… я едва смог справиться с магией, чтобы не ударить Гравийным мраком по Ашеру. И я ведь думал, что всё знаю о боли…

Я не знал ничего.

Меня словно изрешетили тысячью стрел. Но как назло, я всё ещё был жив. А враг улыбался в лицо.

Принял, что она будет счастливее с другим. Но не с братом. Такого удара в спину я не ожидал. И мне было сложно сдержать себя за ужином. А он продолжил резать швы на моих ранах с улыбкой.

«С этого всё начинается. Ты привязываешься. А потом тебе делают больно. Харальд всегда говорил в лицо, что Ашер — двуличный кусок дерьма. Не забывай, что на людях он играет благородство. А ночью его люди обносят дома в Гримхольме».

Я так и не прикоснулся к ужину. Отдал предпочтение вину. И еле дождался окончания трапезы. Вернулся в покои. Открыл следующую бутылку. Хотя… что стоит убить младшего брата, если я уже убил отца?

Эта мысль буквально засвербела в черепной коробке.

В дверь постучали. Я не ответил. Видеть не хотелось никого. А я нутром чувствовал, что это старший брат. Стук повторился.

— Я не хочу никого видеть, Веллант, — прошипел я.

Старший брат всё же вошёл. Прикрыл дверь. Обвёл гостиную взглядом.

— От него не станет легче, Рей. Никогда, — он указал на бутылку в моей руке, прошёл к креслу, сел в него, упёрся локтями в колени, впился в меня взглядом. — Для меня всегда была важна семья. И даже после того, как Ярина стала моей новой семьёй, вы остаётесь ей. Мне больно видеть, как ты разрушаешь себя. Не знаю, что произошло у вас с Ашером. Но я не хочу, чтобы эта трещина росла. Вы были друг другу опорой столько лет. Не смейте это разрушать теперь.

— В таком случае стоило это сказать сначала Ашеру, — я отвёл взгляд, делая ещё глоток.

— Я и с ним поговорю…

— Да. Действительно. Первого же всегда нужно вразумлять меня. А Ашеру можно продолжать с улыбкой срать на всех, — не выдержал я.

— Рейн…

— Что? Что, Веллант? Меня просто достало это всё! Рейнар, нужно то, Рейнар, нужно это. Зато младший брат продолжит быть законченным эгоистом. «Веллант, тебе нужна помощь на юге? Отлично. Но я сделаю хуже. Мне ведь в любом случае только пальчиком пожурят. И приставят к среднему брату, чтобы он разгребал дерьмо, которое я устраиваю».