Книга Белое море, страница 88 – Анна Левин

— Скорее Аурелия. За ошибки мужчин всегда отвечают женщины.

Свет приглушили, что означало наступление вечера. Принц показался на поляне, вызвав восторг среди женской публики виртуозными прыжками. Но в ответ на его призыв из хижины вышла Медея, а не его возлюбленная. Луис удивился, но ведьма, нарядившаяся менее грозно, чем обычно, притворилась матерью девушки. Ясное дело, принц возрадовался родительнице своей юной суженой, и попросил у нее руки Аурелии.

Ведьма покивала головой, сомневаясь, что принц по-настоящему любит ее дочь — простую бедную девушку, и Луис вызвался доказать, что намерения его искренни. Тогда Медея пояснила, что лишь одно докажет силу его любви — принц должен принести в дар голову Белой лани — полумифического зверя, обитавшего в дремучем лесу. Многие охотились на лань, но еще никто не смог поймать ее. Естественно, Луис дал клятву, что вернется с охоты с головой зверя, и Медея коварно улыбнулась.

Занавес.

— Я читала либретто, и мне так страшно смотреть третий акт! — сказала Ярослава.

— Понимаю вас, сударыня, но трагический финал всегда запоминается больше счастливого, и оставляет стойкое послевкусие. Уверена, вы еще долго будете думать об «Аурелии», как не стали бы размышлять над «Беглянкой» или «Морской девой», ведь там все закончилось радостным гранд па, — мягко ответила Матильда, и они начали обсуждать балетные постановки.

Сударь Леон вызвался принести угощения для дам, я отсела в аванложу, чтобы отдохнуть, и, конечно же, ко мне присоединился Ярогнев. Соблюдая дистанцию, почтительно и церемонно он спросил мое мнение об «Аурелии». Я ответила ему так же сухо, что наконец-то вызвало у него настоящую улыбку, и он начал расспрашивать меня об Академии уже более живо.

— Моя сестра сказала, что некоторое время историю у вас вел господин Яркан. Уверен, после этого вы и господина Клячина всем сердцем возлюбили.

— Не напоминайте сударь, он до сих мне в кошмарах снится с его уроками истории, — ответила со смехом.

— Вам повезло, что господин Мщеров рано вернулся.

— Только жаль, что во время их экскурсии произошло то ограбление.

Оказалось, Ярогнев располагал всеми подробностями происшествия и дальнейшего расследования, и последующие несколько минут я только и делала, что охала, удивлялась и поражалась.

— А вот и сладости!

Радостный Леон вломился в ложу с изумительными угощениями, и я с большим аппетитом попробовала все мне предложенное. Ярослава с таким же энтузиазмом смаковала конфеты, и оставалось лишь снова поразиться, как мне приятно ее общество сейчас, хотя еще пару месяцев назад мы ненавидели друг друга лютой ненавистью.

— А ты не хочешь нанести визиты еще кому-нибудь? — услышала я шепот Леона. — Обидятся ведь.

— Пожалуй, останусь здесь. Вряд ли матушка так просто отпустит госпожу Дымову, так что третий акт мы проведем в прежней компании.

— С удовольствием, но с твоей стороны было бы нехорошо обделить вниманием других дам. Тебя ведь заждались с прошлой зимы! А я пока тут прослежу за порядком, развлеку беседами.

Ярогнев насмешливо хмыкнул.

— Я тебя как облупленного знаю, так что даже не пытайся избавиться от меня. Может, лучше сам посетишь наших добрых друзей? Семью Кривич еще помнишь?

— Помню, они часто навещали Сколлкаструм, мы все вместе играли, пока твой старший братец называл нас несносными детьми и идиотами.