Книга Белое море, страница 100 – Анна Левин

Я сжалась в комок, чувствуя, как слова крола ворошат старые раны.

— А я питал к ней глубокую нежность, и страдал, видя, как она увядает в Сколлкаструме.

— Вы зашли слишком далеко в своей доброте, породив для моей матери еще больше проблем, чем было до вас, — с жестким сарказмом ответил брат.

— Я многим лгал, но какой смысл лгать тебе? Мы действительно были близки, и все твое детство я считал тебя своим сыном. Даже теперь, видя, что ты владеешь Морским Штормом, я никак до конца не могу поверить, что ты Беломорский. Глядя на тебя, я будто смотрюсь в зеркало, но даже внешность не так поражает, как внутреннее сходство. С самого первого взгляда на тебя я почувствовал наше родство, почувствовал, что ты — мой! И даже сейчас я многое отдал бы, лишь бы ты оказался моим ребенком.

— Я не верю вам. Будь я вашим сыном — вы бы избавились от меня, чтобы скрыть свою ошибку.

— Мои советники того и требовали, но я оттягивал, ждал подтверждений, и в итоге… Ты даже не представляешь, на что я был готов ради вас с матерью! Чем старше ты становился — тем очевидней было наше сходство, и я больше не мог медлить. Только смерть Кристофера могла освободить твою мать от брака, и я почти решился на предательство, лишь бы забрать ее, и признать тебя своим, но ты трансформировался, твоя дремавшая сила пробудилась, и ты оказался истинным Беломорским. Но я не радовался: я долго не мог простить ни тебе, ни твоей матери, что ты родился от Кристофера, а не от меня.

Теперь Ярогнев отвернулся, подойдя к краю террасы.

— Кем бы ты ни был — я все равно люблю тебя, и желаю тебе добра. Ты по-настоящему полюбил Туану, и я предлагаю тебе ее руку. Ты ненавидишь север, и тебе не придется посвятить ему всю свою жизнь. Я о многом жалею, поверь. Например, о Брониславе.

— Не смейте!

— Я должен это сказать. Я жалею, что не позволил своему сыну жениться на ней, потому что с годами стало очевидным ее превосходство над той, кого выбрали сыну мы. Драконы Южного материка начали вырождаться, терять былое величие, однако вы, коренные жители Норгратера, еще сохраняете могущество. Бронислава могла возвысить нас, и теперь я как-никогда четко осознаю, как сильно мы ошиблись.

— Мне понятно, к чему вы клоните, но принц Конрад не получит мою сестру Ярославу! Только через мой труп! Вы погубили Брониславу, смогли избавиться от нее когтями морских тварей, но сделать то же самое с младшей Беломорской я не позволю!

Лицо Казимирова потемнело.

— Не стану снимать с себя ответственности. Я не отправил помощь, когда еще можно было все исправить, и смерть девушки действительно легла на мою совесть. Но я не намерен причинять вред Ярославе, наоборот, я хочу, чтобы именно они с Конрадом продолжили нашу династию. Он станет наследником, следующим кролом, а она — королевой.

— Вы зашли слишком далеко в своих планах.

— О, ты и не представляешь насколько! Недавно я узнал нечто, что перевернуло мое представление о мироздании. Я стал искать подтверждения или опровержения, больше надеясь на вторые, но получая первые. И теперь я должен сделать все возможное, чтобы наш вид не выродился, а мы движемся именно в сторону регресса. Но, даже взвалив на свои плечи такую тяжесть, не имея возможности ни с кем разделить эту ношу, я все равно пытаюсь сделать все возможное ради благополучия моих близких. В том числе — ради тебя. Твоя сестра сама решит свою судьбу, заставить я не в силах, но касательно нашего разговора… Прошу, возьми ответственность за Туану, никто не справится лучше тебя! Или судьба девушки сложится куда более грустно, если ее жизнь возьмутся устроить Рустемзаде.