Книга Измена со вкусом капучино, страница 40 – Ольга Игонина

— А ты философ. Мне нужно, чтобы из меня делали дурака, — грёбаная манипуляторша.

Глядя мне в глаза, берет со стола стакан идет в туалет. Громко хлопает дверью, давая понять, что мне не рады, в эту секунду. Не проходит и минуты, выходит, “стакан наполовину полон".

— Ну, доставай свои тесты. Запихивай все, — злится, и я понимаю, что все результаты будут положительными.

Ставит стакан на стол. Хватает один тест, зубами разрывает упаковку, берет эту палочку. Роняет прицельно в жидкость. Смотрит мне в глаза, не могу угадать ее настроение. Достает тест полоску.

— Ну и какой результат ты хочешь увидеть? — Берет упаковку обратно, засовывает полоску внутрь. — Ты свободен. Уходи! Я сегодня вечером съеду.

Что за спектакль она передо мной разыгрывает? Я вижу, что она врет, но не могу поймать на чем.

Хватаю упаковку, вытряхиваю содержимое на стол. Две полоски. В голове только непечатные слова. Не может такого быть.! Просто не может!

У Машки на лице торжество.

— Хгч едем сдавать? — начинает давить на меня.

Думаю, ждет, что я откажусь, пойду на попятную. Не пойду.

— Едем.

Лицо Мышуни меняется. Улыбка сходит, появляется брезгливость и ненависть.

— Маш, хватит Я уже устал, поехали. Я в машине, собирайся и спускайся Ухожу на улицу. Голова кругом. Как такое могло произойти? Вроде я рад должен быть тому, что у меня может быть ребенок. Но если бы он был от Алены. А с Машкой зачем он мне?

Сажусь в машину, переключаю с радиостанции на радиостанцию. Я на нервняке, такого уже давно у меня не было.

Звонит телефон, служба безопасности.

— Апекс, привет. Мы пробили счета, которые ты прислал. Не нашли снятия больших сумм или крупные переводы.

— Не нашли или их нет?

— Ты же понимаешь, счета могут быть на третьих лиц, данные, которых нам неизвестны. На карточку Людмилы Петровны еженедельно поступают средства с карты вашего отца. Суммы небольшие, до двадцати тысяч. Все распечатки скинул на почту.

Час от часу не легче. Значит, папа с тещей зажигает. И что это за долг-то такой. И Машка тормозит, когда она уже выйдет.

— Ты где? — звоню ей, начинаю злиться. Бью кулаком по панели, сбиваю навигатор. — Тебя долго еще ждать?!

— Я себя плохо чувствую. Никуда с тобой в таком настроении не поеду, — слышу, как включает воду на кухне. Ставит чайник на плиту.

— Ну и хрен с тобой.

Завожу машину, Педаль газа в пол. Еду. куда не знаю. Останавливаюсь в промзоне.

Что за ерунда сейчас творится в моей жизни. Вселенная, ну неужели я так сильно накосячил, что такой бумеранг мне прилетел.

Выхожу из машины. Надо отдышаться.

В машине разрывается телефон. "Мама".

— сынок, мне страшный сон про тебя приснился, у тебя все хорошо? — голос матери встревоженный.

— Все нормально, — стараюсь успокоить. — Я на работе.

— Алекс, папа тебе привет передает. Спрашивает, как там ваши отношения с Аленой. И про свадьбу Скворцовых не забудь.

— Мам, я все помню. Папе тоже передай привет.

Отвечаю на десяток обыденных вопросов про поел, одет по сезону. И неважно, что мне сорок не за горами, для мамы я ребенок ребенок. Убеждаю, что все хорошо. Эх, мама, ничего не хорошо в наших семьях. Так больно за мать. Вспоминаю, как она ждет по вечерам отца, варит ему овощи в пароварке. Делает клюквенный морс, чтобы его почки хорошо работали. А он в это время с Людочкой, как зовет ее тесть, проводит время.