Книга Измена со вкусом капучино, страница 4 – Ольга Игонина

После выбора напитка для меня все становится понятно. Передо мной стойкий оловянный солдатик, не прощает слабости себе и людям. Его тяжело вывести на эмоции, вечера проводит наедине с собой, читая переводную литературу по бизнесу или управлению.

— Прошу. — Ставлю на стойку небольшую кофейную чашку с густым крепким напитком. РЯДОМ из тонкого стекла стакан с водой.

— Вы думаете, что я его буду пить здесь? Мне с собой, пожалуйста. И чем вы только слушаете, — почти рычит на меня.

С милой улыбкой ставлю посуду в раковину, хотя искренне хочется кинуть ее в него.

— Вот ваш напиток. — протягиваю стакан, он больше похож на наперсток с кофе.

— А я думал, что из чашки перельете, — с ухмылкой говорит Мистер Брюзга, так я его прозвала.

— Ристретто должен быть определенной температуры, а при переливании из чашки в стакан, он потеряет тепло, и кофе становится невкусным.

Вот таким было наше знакомство, а теперь Алекс мой муж. Или …

А еще этот семейный вечер. Мамы будут наперебой требовать внуков, папы подвыпьют и будут вспоминать молодость. Алекс как всегда чинно восседать во главе стола, а я бегать от кухни к столу. Но в этот раз все будет иначе.

Стою за барной стойкой. Составляю себе сложносочиненный чай, отбираю ромашку, чабрец, мальву. Добавляю в хороший черный крупнолистовой.

В вотс ап приходит сообщение от мамы “Ален, а дресс-код у нас какой? Кто кроме семьи еще будет? " Точно! Праздник же!

— Мам, я забыла, день рождения отменяется, — голос стараюсь сделать бодрее. — Кофемашина у меня сломалась, жду мастера, приедет поздно.

Хочу свернуть разговор, подробности такие унизительные, мне нужно их переварить сначала самой.

— Ты в своем уме! Я через десять минут на прическу еду, а ты мне такое говоришь. В этот раз я должна затмить Верочку. Я же платье специально купила, а то в том году я была на втором плане.

Мне не понравилось.

Я сегодня тоже на втором, и мне тоже не нравится.

Вера Александровна — мать Алекса, женщина в годах, но ведет себя так, будто ей около сорока.

— Хорошо, вы с Верочкой можете делать, что хотите, а я буду на работе, — интонацией показываю, что вариантов быть не может. Праздника не будет!

— Алена, что-то случилось? — голос мамы становится мягким, — рассказывай, ты же знаешь, я всегда тебя пойму и поддержу.

Наливаю кипяток в белую чашку; бросаю него щепотку трав. И подбираю слова.

Руки немного трясутся, это видно по ложечке, она сильно стучит о стенки чашки.

— У Алекса есть любовница, — по ощущениям я делаю шаг в огромную черную дыру. Боль разливается по всему телу.

Вот козлина! Ты уверена? Он подал на развод? — слышу, как мама двигает стул.

Видимо, и для нее эта новость так себе. Она кладет трубку на стол, ей тоже нужно минута, чтобы перевести дух. Слышу ее шепот: “Ну как так, и что теперь будет? " Мама берет телефон обратно, ее длинная сережка стукается о динамик.

— Я его с Мышуней, то есть Машкой Мышевской застукала. На развод буду подавать я, — к горлу подступает комок. Дышу глубже, но слезы предательски катятся по щекам. Выхожу из-за стойки, иду к двери, поворачиваю вывеску с открыто” на “закрыто”. Не хватало, чтобы еще кто-то видел, как я плачу.

— Может, еще обойдется? Ален, отец твой тоже в молодости еще тот ходок был, ничего перетерпела. Зато сейчас душа в душу живем. Помнишь, как он с твоей нянькой из твоего садика шашни крутил. Мама усмехается, как будто рассказывает что-то смешное. — Каждая женщина через это проходит, только молчат все. Сегодня ночью помиритесь, после ссор отношения самые яркие.