Книга Измена. Не буду твоей, страница 75 – Ольга Игонина

На кровати светится телефон. “Мама”.

— Ну и где ты шоркаешься, — мама как всегда “приветлива”, зачем я только взяла трубку. — Если телефон взяла, значит, приземлилась уже, а домой не идешь.

— Мам, я не приеду сегодня, — начинаю оправдываться. Смотрю на себя в этот момент в зеркало, чем больше я оправдываюсь, тем сильнее сутулится моя спина, шея втягивается, и я превращаюсь в урода.

— И где ты сейчас? — слышу, как металлический чайник громко приземлился на плиту.

— В гостинице, — не умею я врать, да и не хочу.

— Мужика своего нового ублажаешь? — в голосе появляется металл, злится.

— Себя рассматриваю. Стою нагишом посреди шикарного номера, передом мной огромное зеркало. — Снова покатилась слеза. — Мам, а почему ты никогда не говорила, что я красивая?

— Как овечья жопа сивая, красивая она, — о, эту фразу я знаю с детства. — Придумала ерундой какой-то заниматься. Что за извращения — смотреть на свое тело. Да и красоты никакой там нет, ты обычная, Лиля, самая рядовая девка. Сиськи скудные, попа с кулак, ребра торчат.

— Спасибо, мам. Ты еще что-то хотела?

— Конечно. Ты мне в том году про ремонт говорила, помнишь, вот пришло время, его делать. Жду тебя на следующих выходных, хоть с Лехой, хоть с новым хахалем — это мне все равно. А чтобы дом обновили.

— Мам, ну кто делает ремонт зимой. Вещи куда вынесем.

— Лиль, дурная ты, сил нет, — бросает трубку.

А я так и продолжаю стоять перед зеркалом. И ничего ребра у меня не торчат, и с другими частями тела все нормально.

Стук в дверь. Быстро накидываю отельный халат.

Открываю, два парня завозят передвижной столик с клошами.

— Здравствуйте, ваш обед, — говорит тот, что на вид постарше.

— Приятного аппетита, — кивает второй, и они сразу уходят.

А я сегодня ничего не ела. В самолете кусок в горло не полез, у Парвиза тоже, только глоток яблочного сока.

Если я еще дня два не поем, то смело могу носить вещи на размер меньше. Аппетита нет.

Снимаю клоши, на тарелке беби-картошка. Она вызывает у меня умиление, в детстве у бабушки, когда мы копали картошку, такую мелкую отбраковывали, ее бабушка потом животным варила. А сейчас самая модная картошка.

К ней стейк, надеюсь, он полностью прожарен, для меня лучше грызть “подошву”, чем мясо с кровью. Овощной салат. И хлебная корзина.

Накалываю помидорку из салата — вкусная. Живот начинает урчать, кажется, он хочет еды. Сажусь есть, медленно-медленно ем, смакуя каждый кусочек.

Бутылку шампанского отставляю. Хотя, у меня же теперь новая жизнь, могу себе позволить и алкоголь. Рассматриваю, наверное, дорогой напиток. Брют. Наливаю чуть-чуть. Пробую. Ой нет, это точно не в моем вкусе, кисло.

Снова стучат в дверь. За столом, наверное, пришли. Как-то быстро они, я еще толком не поела.

Открываю дверь. Сначала вижу огромный букет. Поднимаю глаза выше.

— Кирилл? — у меня нет слов. Закутываюсь в халатик посильнее.

— Я могу войти? — по голосу понимаю, что отказ неприемлем.

— Заходи, конечно. — Сама бегу в ванную, кажется, мои трусики остались на полу.

— Ты здесь зачем? По делам?

— Я за тобой. Теперь ты моя. — Подходит ко мне, аккуратно берет за руку. Второй рукой я сильнее сжимаю воротник на халате, чтобы он не распахнулся.

Кирилл прижимает меня к себе. А я не пойму, должна ли сейчас сопротивляться.