Книга Измена. Я тебя (не) прощу, страница 54 – Ольга Игонина

Может, пусть это газовый баллон бахнет, да и все, все проблемы решены. Сажусь на пол, начинаю хлюпать носом. Со мной такое бывает, когда на несколько минут так жалко себя становится.

Первое, ч то нужно сделать — оборвать любую связь с Артуром. Хватаю телефон, бегу на улицу. На самом верху лестницы сносно ловит интернет. Захожу на один государственный портал, где можно оставить заявление о разводе.

Пути назад нет! Я не хочу пожить, как прожила моя свекровь, пока есть возможность и силы, нужно действовать. Начинаю все заполнять, хорошо, что когда-то мне нечем было заняться и я все документы внесла на портал — права, свидетельство о рождении, о браке. И теперь все автоматически подтянулось. Нажимаю на “отправить”. Кажется, что мне прям легче стало. Вот сюрприз родственникам будет, представляю их удивленные лица, такая для всех удобная Лина взяла и взбрыкнула.

Интересно, а на биржу я могу стать, чтобы пока нет постоянной работы я могла хоть что-то покупать. Листаю старый телефон, ищу номер Любови Павловны, не нашла. Но она точно есть у меня в одной социальной сети. Хочу сама разобраться с проблемами.

Открываю страницу, ищу преподавателя среди друзей. Нашла. Пишу письмо, честное. Раньше я всегда делала вид, что все хорошо, стыдно было признаться, что все в моей семье через одно место. А сейчас стыд ушел, есть план только выжить. Вижу, что сообщение прочитано. В диалоговом окне “бегает” карандашик, Любовь Павловна что-то пишет.

Жду, смотрю вдаль на дорогу. Кажется, едет машина. Такая же, как у Артура… Сердце валится в пятки. У меня есть минут пять, чтобы спрятаться. Спрыгиваю с лестницы и бегу в лес. Только бы я ошиблась… Только бы Артур меня не нашел…

— Ты думаешь, что если моя мать на твоей стороне, то тебе все можно? — Артур выходит из машины и кричит так громко, что его, наверняка, слышно за несколько километров.

Стою тихонько, метрах в двадцати от конца двора, зашла в лес, наклонилась к кусту. Сердце так громко бьется, что если бы Артур заткнулся, мог бы его услышать.

— Я на тебе убогой и жениться не хотел. Мне отец денег пообещал. Я как на работу к тебе ходил, а в конце месяца получал круглую сумму на довольствие, за то/, что твою рожу каждый день видел. — сплевывает под ноги.

Артур идет, шатается, спотыкается. Сколько же он выпил, перед тем, как сесть за руль. Если придется убегать, то у меня здесь может быть немного форы, кусты, корни — вряд ли ему получится быстро меня догнать. Но кто знает.

Подходит к дому, с пинка открывает дверь.

— Тварь, зассала выходить? А что нет тут твоего защитника? Хана ему, поняла. И тебе тоже.

Артур трезвый не всегда умеет держать себя в руках, а пьяный — это граната, из которой выдернули чеку, а пальцы ее держать уже начали неметь.

Заходит в дом, я отхожу еще дальше. Так, чтобы мне было его видно, а ему меня нет. Наверное, правильнее было бы убежать глубже, может быть в другую постройку, но уже сейчас я боюсь шевельнуться, любой звук может привлечь его внимание.

— Ага, — кричит в доме, но я его и на улице слышу, — Значит, будем играть в кошки- мышки ли в прятки? Хорошо! Я вожу! — “Вожу” мне показалось еще громче. Из кухонного окна вылетел табурет, на котором буквально полчаса назад сидела я.