Книга Мое право на любовь, страница 76 – Ольга Игонина

Она еле видно покачала головой.

Около часа мы просидели в тишине, я гладил Сашку по голове и проклинал и Олега, и Артура, и весь свет. Такое не должно случаться в цивилизованном мире.

— Поехали домой, тебе в душ надо, а потом поспать. Я буду рядом. Дарина дома?

— Нет, она на три дня у отца. Я не могу ей в таком виде показаться.

Я заметил, что Сашка готовилась к встрече с этим уродом. Новое платье, красивое белье. Значит, он для нее не пустое место. А я тряпка, терпила, который все сглотнет и пойдет дальше.

Решил не рубить сгоряча. Чтобы эта дуреха не наделала еще глупостей. Я то и сам хорош, но ночь с Милой не может сравниться с тем, что произошло с Сашкой.

Я помог ей встать, накинул на нее плед. Какая же она маленькая и хрупкая.

— Ир, Сашки дня три не будет в офисе. Если что звони мне, я буду с ней рядом.

— Андрей, не упускай ее из виду. Это мудак Артур сделал.

— Да, “спасибо” диджею и Сашкиному безумству. Справимся.

— Прости, что я лезу. Не знаю, что вы будете после случившегося делать, сможешь ли ты простить этот поступок. Но я точно знаю, что ты ей дорог, что она любит тебя. Просто она дурная, в ее голове, это как сделать что-то “ на слабо”. Не может она проиграть, даже в ущерб себе.

— Да, непросто с ней. И ей, и мне, и тебе.

— Я хотела полицию вызвать или медиков, чтобы побои снять, но она не разрешила. Так хочется диджею этому фотку Сашки выслать, нашел за чью спину спрятаться. Господи, что же за мужики-то пошли, может лесбиянкой стать?

— О, интересная мысль. Ладно, мы поехали. Если что на телефоне.

Что-то там говорят про домашние стены и их целительный эффект. Но у нас все получилось наоборот.

Сашку прорвало. Она плакала, кричала, носом пошла кровь, начались непонятные судороги, ее рвало. Сначала мне показалось, что она могла наглотаться чего-нибудь. Испугался пипец как.

— Саша, успокойся! Что с тобой? Ты пила что-то?

Кажется, она и сама испугалась. Вызвал платную скорою, чтобы приехали быстро, и в случае чего, никаких следов о ее безумных действиях не осталось.

Медики приехали быстро. Оказалась, такая страшная реакция на стресс, сильно поднялось давление. В клинику ехать отказалась. Сделали несколько уколов, поставили капельницу.

— Вы в полицию обращались? — спросил у меня врач.

— Сашка оказывается, а я обещал ей в это не лезть.

— Это износилование? Я вам справку на всякий случай выдам, о тех побоях, которые вижу. Вдруг ей сейчас легче станет, и девушка решит обратиться в органы. Внутренние органы вроде целы, но без узи мы можем только предполагать. У неврологу и офтальмологу надо, чтобы сотрясение исключить.

— Ее били по голове?

— Я не могу сказать точно. Не похоже, но исключать не можем, особенно после судорог и рвоты. Лучше перестраховаться. И обязательно консультация психиатра и психолога, по состоянию. Сама может не справится. Сколько мы на такие вызовы ездим, то из петли вытаскиваем, то желудок промываем.

Легче от этого разговора не стало. Я верил в сильную волю Сашки, ее любовь к дочери. Но на стрессе, вот на этом гребанном импульсе, что только не сделаешь.

Под действием препаратов Сашка уснула. Мне не спалось, боялся что-то пропустить, вдруг нужна будет помощь.

Какие же мы идиоты! Ради непонятных принципов готовы не только наши отношения сломать, жизнью рисковать. Готов ли я принять Сашку обратно? Конечно. Но больше ни на шаг не отпускать, оградить от проблем, “прекрасных” друзей, с которыми и врагов не надо.