Книга Развод. Отпускаю тебя, страница 96 – Ольга Игонина

— Хорошо быть без образования и перспектив? - не унимаюсь. Знаю ведь, что права.

Внезапно Вера замолкает, хитро улыбается и достает из сумки конверт.

— Это тебе, - протягивает его мне. - Сюрприз! У тебя выдержка о-го-го какая, знаю, что до назначенного времени не откроешь.

— Что это? - недоумеваю я. - Откуда у меня выдержка?

— Половина шоколадки в холодильнике лежит, а ты ее не трогаешь. Я бы уже сто раз съела. А письмо откроешь вечером, - загадочно отвечает. - Кстати, сегодня можешь особо не готовить ужин. Будем не одни.

Меня охватывает тревога. Что еще задумала эта авантюристка?

Не пойму, куда забесила конверт, который дала в руки Вера. Точно помню, что положила его на стол, а куда он теперь делся? Все вокруг облазила, ну не могла же собака его съесть.

Сижу у окна, машинально перебирая пальцами занавеску. Отчет в голову никак не идет, Вера придет, надаю ей по заднице, заинтриговала и ушла, а у меня весь день насмарку.

Беру телефон. Жаль, что я не играю в игры, говорят, неплохо голову разгружает. Набираю сыну - тишина, телефон отключен. Ну, еще не хватало, чтобы он номер сменил, а мне не сказал.

— Ну где же ты, сыночек... - шепчу я, прижимая телефон к груди.

Акела тихонько скулит у ног, чувствуя мое беспокойство. Присаживаюсь рядом с ней на пол, глажу ее мягкую шерсть. Она кладет свою большую голову мне на колени, словно пытается утешить.

Мама отвечает на звонок сразу, как будто ходила с телефоном и ждала, когда я позвоню.

— Мишку-то сажают, - тихо вместо приветствия. - Ты там еще посиди, пока буря не уляжется. А Алочка-то запила. Два раза ее видела, как в город приезжала. Она со мной поздоровалась, а все бочком-бочком. Я думала, что заболела. А второй раз подошла поближе, а от нее, как от винной бутылки несет. Сказала, что ты ей жизнь сломала, что из-за тебя в городе переполох. Она же бурную деятельность развела, чтобы Мишку откупить, а Серега-то терпеть не стал. Выгнал.

— Ну, ужас. Я все равно ей сочувствую, хоть она и сама виновата. Слишком женщина любвеобильная.

— Прошмандовка - у нас таких так называют.

— Мам, - стараюсь остановить сплетни. - Ты Артема давно видела? Не могу ему дозвониться.

— Да нет, вчера, что ли, - чувствую, что-то скрывает. - Пора мне.

И кладет трубку, нормально поговорили...

Весь день хожу по квартире кругами. Мою чашки, которые уже чистые. Раскладываю три йогурта, кефир и две пачки творога в холодильнике по полочкам. Даже начала протирать пыль, осталось только намыть начать. Время тянется невыносимо медленно. Еще и погода такая, что не погуляешь. Может, надо купить соответствующую одежду: дождевик, галоши, или резиновые сапоги гулять всегда?

В дверь звонят. Может, соседи, у Веры есть свои ключи. Смотрю в глазок, сердце со стуком падает на пол.

Открываю дверь.

Артем. Мой высокий, красивый мальчик... но какой-то другой. Его осунувшееся лицо, потухший взгляд.

— Привет, мам, - его голос дрожит. Он крепко обнимает меня, и я чувствую, как он держится из последних сил, чтобы не разрыдаться прямо здесь.

Андрей стоит за его спиной, серьезный, сосредоточенный. Закрывает дверь.

— Мам, прости меня, - Артем опускается на стул напротив меня. - Я был полный идиот... Вика от меня ушла, вроде даже на развод подала. Оказывается, ей без денег не нужен. Или и с ними тоже. Я запутался.