Книга Развод. Ты нас предал, страница 26 – Ольга Игонина

Выбираю короткое платье, но с воротником под горло и длинными рукавами. Надеваю широкие сапоги — плохо, как будто низ тяжеловат. Не пойдет, если я хочу ее довести, да так, чтобы все прошло незаметно, нужно выглядеть скромно, не отсвечивать. Бесит, я и так полжизни была серой мышью, смотрела на других и завидовала, а теперь начала отбирать. А нечего другим пыль в глаза пускать, особенно если сама к этому не приложила усилий.

Черная водолазка, джинсы с нормальной посадкой. Макияж и укладку оставляю. Обязательно зайдем в кафе, Алька его ненавидит, но мне отказать не сможет. А еще у меня для подружки такой классный сюрприз, никогда его не забудет. Целую себя в плечико, волчица выходит на охоту... чтобы отвоевать свое.

Альбина

— Ты куда собираешься, — Демид поднимает на меня взгляд. — Тебе надо обратно в больницу, ты на себе болт забила, хоть о ребенке подумай. Дура! — хлопает крышкой дорогущего ноутбука. Вот это да, теперь его интересует ребенок, а когда он другую девицу разложил, мысль о малыше его не смущала. Ох, уж эти двойные стандарты.

Натягиваю льняное платье. В нем я такая красивая, нежная, еще оно идеально подчеркивает живот. Волосы заплетаю в свободную косу, параллельно слушаю ор Демида.

— Альбина, ты меня игнорить начала? — голос ближе.

Оборачиваюсь, смотрю на супруга. Мы не первый год вместе, а я не знаю этого человека. «Дура» в мой адрес — это что-то новое. А следующим шагом будет что? Он меня в доме закроет, или запугивать начнет, или бить. Как теперь узнать?

— Не надо на меня повышать голос! — говорю спокойно, по немного отхожу. — Если тебе что-то не нравится... А тебе некуда привести свою дрянь, так не мелочись, на номер в придорожном отеле, думаю, ты запросто каморку себе можешь позволить. Подстать своей девке, — наверно, это звучит смешно, но это первое, что пришло в голову.

Он усмехается, левая бровь ползет вверх.

— Мне всегда есть кого и куда привести, — еле слышно, но даже этот шепот вонзается мне в уши. Внутри снова все скукоживается.

Не хамлю, но внутри есть желание схватить вилку и вонзить ее чуть ниже поясницы, чтобы месяц сидеть было больно.

— А давно ли ты такая смелая стала?

Демид встает из-за стола, подходит ко мне вплотную, тянет руку к моему подбородку.

— Девочка моя, ты забыла, кто тут главный. Я тебе коротко объясню: моя жена должна сидеть счастливая, улыбаться миру, тратить деньги не лезть, куда ее не просят. Что тебе мешает жить счастливо? Что изменилось? — шипит мне в лицо. Его рука так близко, что я боюсь, одно неверное движение и у меня будет синий глаз.

— Ты держишь меня за дуру? Демид! У тебя другая женщина, а ты мне говоришь, что произошло!? — отхожу к стене, чувствую себя в тупике. Муж становится все разъяреннее: перекатывает жвачку, на переносице глубокая морщина. Страшно, но молчать я не могу, иначе я вся взорвусь. Прикрываю живот руками.

— У тебя были какие-то планы на сегодня? Вот ими и займись. А со своей дурью разбирайся сама. Ясно?

Нависает надо мной. Мне хочется съёжиться, стать меньше и выскользнуть из его вида, но нет, выпрямлю плечи через силу. Стискиваю зубы и молчу, никаких слез. Надо вести себя по-другому, не отсвечивать, не раздражать, чтобы со мной и ребенком ничего не случилось, чтобы мы были в безопасности.