Книга Особенный, страница 89 – Владимир Дараган

Она дернула меня за рукав.

— Алекс, дорогой мой человечек, перестань думать о глупостях и пялиться на девушек.

— Я не пялюсь, я думаю.

— И вот эта задница в белых брюках помогает тебе сосредоточиться?

— Я ее даже не замечаю. Так что ты решила о тапочках? В них есть записка, или на подошве нарисована схема побега?

— Конечно, нет. Но все же в этом пакете, кроме тапок, должен быть какой-то сигнал. Короче, нам надо перестать наслаждаться всей этой красотой, ехать в институт и просить Шефа проводить нас в лабораторию. Я хочу с лупой осмотреть каждую тапочку.

— Только не говорите мне, что у вас тоже плохие новости. Сейчас в институте черти что творится.

Шеф сидел за столом, обхватив голову руками, и смотрел на нас… Смотрел на нас умоляюще — я бы так сказал.

— Мы в курсе, — спокойно сказала Наташа. — Дмитрий Алексеевич, нам нужна ваша помощь.

Шеф поднял на нас воспаленные глаза.

— Мне бы сейчас самому помощь не помешала. Что у вас?

— Нам нужно пройти в лабораторию Зои, без вас мы это сделать не можем.

Шеф потер лицо руками.

— Я же там был, журнала нет, шкафчик не заперт. У вас какие-то новые идеи?

— Да, — сказала Наташа. — Мы хотим понять, куда пропала Зоя.

— Ожидаете найти там какую-нибудь записку?

— И да, и нет. Мы хотим понять, что именно делала Зоя в лаборатории.

Шеф посмотрел на часы.

— Ладно, у меня через двадцать минут совещание с Мельниковым. Вам хватит двадцати минут?

В лаборатории ничего не изменилось с той ночи, когда Наташа взломала дверь и мы начали искать пропавший журнал. Мы с Шефом подошли к окну и стали наблюдать, как Наташа обходит все закоулки, стоя на коленях, заглядывает под столы, стулья и шкафчики.

— Наталья Николаевна, — спросил Шеф. — А что вы хотите найти?

Наташа подошла к нам, вид у нее был совершенно растерянный.

— Пакет с тапочками, — сказала она. — Тут был пакет с тапочками.

— Откуда вы знаете? — удивился Шеф. — Пакет был, он лежал на стуле, а вы откуда это знаете?

— Про пакет я знаю от Алекса. И предполагаю, что Зоя оставила его в лаборатории.

— У вас удивительная интуиция, — сказал Шеф. — Да, я видел этот пакет, когда заходил в лабораторию, но не придал этому значения. Вчера Мельников тоже попросил меня открыть эту комнату. Он все осмотрел, взял пакет с тапочками, сказал, что это вещдок и что он приобщит его к делу.

— Господи, — выдохнула Наташа. — Зачем ему нужны эти тапки?

— Он сказал, что для собаки. Возможна такая ситуация, когда собаке нужно будет взять след. По-моему, это логично.

— Ага, — согласилась Наташа. — Мельников прекрасный профессионал, тут мне сказать нечего.

Она стряхнула пыль с брюк, сказала, что ей все ясно, и мы можем расходиться по своим делам. Шеф с усмешкой поблагодарил ее за разрешение, и мы разошлись — каждый по своим делам.

— Ну и как тебе Мельников? — спросил я у Наташи.

— А ведь прав, подлец, я бы на его месте тоже взяла тапки. Он и в самом деле хороший профессионал.

— То есть, теперь мы никакого знака не узнаем? Мельников вряд ли нам отдаст тапочки.

— Не отдаст, — согласилась Наташа. — Придется нам опять поработать головой. Слушай, у меня кажется изжога от этих пирожков и газировки. Пойдем в буфет, выпьем крепкого чая.

Мы пили чай и думали. О чем думала Наташа я не знал, а я думал о тапочках. Вспоминал, как Зоя достала их из пакета, аккуратно надела их, а уходя, сложила их и тоже аккуратно, очень аккуратно положила на дно пакета. Уходя, она держала пакет в левой руке. Эти картинки мне ничего не дали, никаких других идей у меня не появилось. Ну что-то неясное, как слово «крошки» в монологе Вахтанга, меня беспокоило.