Книга Особенный, страница 101 – Владимир Дараган

— Знать бы, что выпытывал следак у Палыча, — вяло произнес Цепа. — Он явно напал на какой-то след.

Цепа расслабился. Адреналин слежки и сидения в засаде испарился, а коньяк, выпитый залпом, начал действовать. Он поковырялся в тарелке, бросил вилку на стол, сложил руки на груди, явно намереваясь немного вздремнуть. Наташа вынула сигарету из пачки, огляделась, помяла ее, понюхала, попыталась вернуть ее на место, но сломала ее, бросила на тарелку с недоеденным шашлыком.

— Я грешным делом думала, что Мельников на Цепу и меня наехал, чтобы освободить места для своих. А что сейчас думать? Мы явно ему мешаем, но чем? Алекс, включай свою память, вспоминай детали.

Я не понял, что именно мне надо вспоминать и вопросительно посмотрел на Наташу.

— Вспоминай разговоры с Зоей, Шефом, Мельниковым, Палычем.

Я начал с Зои, с ее «мелочей». Вторая «мелочь» понятна — это охранник, нанятый Шефом. Самая непонятная третья — зачем поставили прослушку в ее лаборатории? Остальные прослушки для того, чтобы найти Зою. А в лаборатории?

Я сказал об этом Наташе. Та посмотрела на Цепу. Он про эту прослушку не знал, но сейчас, расслабленный после вина и коньяка, не придал этому значения. Точнее, не поднял опущенную на грудь голову.

— Цепа, ты дремлешь? — спросила Наташа. — Езжай домой, а мы с Алексом немного поработаем.

Цепа нехотя открыл глаза, кивнул и стал собираться.

— Вы это… — с трудом произнес он. — Если что, то я всегда.

— Все нормально, дорогой, — Наташа встала, потянула нас к выходу. Я еле успел положить деньги на стол и кивнуть официантке, что все нормально.

— Домой не хочу, — заявил на улице Цепа. — Алекс, ты недалеко живешь, дай мне ключ от квартиры, я у тебя переночую. Но знайте… — он поднял палец, — если что, то телефон рядом, и я всегда…

Час пик, вагоны метро были набиты усталыми людьми. Наташа спиной прижала меня к поручню у двери и на мои попытки освободиться шипела, чтобы я стоял и помалкивал, доверяясь профессионалу. На проспекте Мира она взяла меня под руку, объяснив, что такая защита отпугнет любого злодея. Я попытался заговорить о прослушке в лаборатории, но мой любимый охранник пресек поток моих мыслей, сказав, что скоро мы сядем в ее машину и там наговоримся всласть.

— Куда мы едем? — спросил я, когда Наташин «Фольксваген» с визгом шин выехал на проспект Мира и устремился на север.

— На дачу к Шефу, поговорить с Зоей, — бросила через плечо Наташа. — Она нам рассказала не всю историю. Мы знаем, что она делала, но не знаем, о чем она думала. Жаль, что я пацапалась с Шефом, но он мужик добрый, поймет и простит.

К моему удивлению, после ВДНХ Наташа перестала прыгать из ряда в ряд, стараясь выиграть несколько метров на пути к нашей цели. Она спокойно перестроилась в правый ряд, и мы, периодически останавливаясь в пробках, потащились со скоростью велосипедиста, а иногда и пешехода. Молчание в машине меня не тяготило. Я понимал, что мой Шерлок Холмс думает и не хотел ему мешать. Только один раз, Наташа бросила руль, сложила перед собой руки лодочкой и попросила Господа, чтобы на даче не было Шефа.

Ее молитва не принесла успеха. Автомобиль Шефа стоял около дома, а на улице, перед калиткой припарковался темно-красный «Пежо».

— Черт!

В это слово Наташа вложила столько смысла и эмоций, что я сразу понял, что нам надо бы развернуться и уехать, но время поджимает и придется терпеть любую компанию, которая будет у Шефа.